В.В.Путин принял участие в межрегиональной конференции партии «Единая Россия»

СМИ о Путине // 05.09.2011 15:16

«Если политическая сила претендует на поддержку граждан, она должна знать проблемы этих граждан, знать нужды наших людей, ставить во главу угла качество жизни каждого гражданина, повышение качества жизни каждого гражданина, делать всё для повышения благосостояния наших людей, причём не абстрактно, а именно у себя в городе, посёлке, регионе и в России в целом».

Стенограмма:

В.В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги, друзья!

Я очень рад приветствовать вас в одном из крупнейших индустриальных центров России – здесь, в Череповце. Сегодня у нас восьмая, по сути итоговая, межрегиональная партийная конференция «Единой России». Полтора года назад, в апреле 2010 года, мы провели первый форум в Новосибирске, а затем были встречи в Кисловодске, Нижнем Новгороде, Хабаровске, Брянске, Волгограде, Екатеринбурге с обсуждением конкретных проектов и стратегических планов развития и, конечно, тех насущных, острых проблем, которые волнуют граждан в каждом регионе нашей большой страны – от Тихого океана до Балтики.

Мы получили действительно востребованный, эффективный инструмент обратной связи с чёткой постановкой вопросов и выходом на конкретные решения этих проблем. По итогам конференции были расширены программы льготных авиаперелетов для сибиряков, дальневосточников, калининградцев; принято решение по повышению стипендий врачей-интернов; стартовали масштабные проекты по поддержке отечественного здравоохранения, российской школы и дошкольного образования; создаётся Северо-Кавказский федеральный университет; уже сформирован специальный фонд развития для Дальнего Востока и Байкальского края. И, конечно, это далеко не исчерпывающий перечень тех решений, которые приняты по итогам этих конференций.

Прошедшие конференции стали площадкой для рождения и обкатки свежих идей и, особо подчеркну, дали возможность заявить о себе целеустремлённым, энергичным людям – очень разным, но объединённым верой в Россию, её будущее, людям, которые ставят перед собой амбициозные задачи, делают дело, не ссылаясь на обстоятельства, шаг за шагом преображают жизнь вокруг себя, в родном городе, посёлке, крае, регионе, России в целом.

Речь также о людях, которые представляли свои проекты на конференциях. И они сейчас достаточно активно работают с вновь образованным Агентством стратегических инициатив, а каждый пятый из них принял участие и вошёл в лидеры по результатам предварительного народного голосования. Каждый пятый!

Уверен, что это хороший резерв, уважаемые друзья, для пополнения фракции «Единой России» и в федеральном парламенте, и в региональных парламентах по всей России. Я хочу подчеркнуть: каждый, кто стремится создать что-то новое, созидать, добиваться успеха, должен иметь возможность реализовать себя и получить нашу поддержку. Партия «Единая Россия» открыта для всех, кто готов проявить гражданскую и деловую инициативу.

И ещё один принципиальный момент. Убеждён, если политическая сила претендует на поддержку граждан – я уже об этом говорил не один раз, – она должна знать проблемы этих граждан, знать нужды наших людей, ставить во главу угла качество жизни каждого гражданина, повышение качества жизни каждого гражданина, делать всё для повышения благосостояния наших людей, причём не абстрактно, а именно у себя в городе, посёлке, регионе и в России в целом. Именно такой подход стал базой для подготовки наших перспективных планов.

Мы исходим из того, что все российские территории имеют огромный потенциал развития. С учётом обсуждения на межрегиональных конференциях Правительство уже утвердило стратегию развития для шести федеральных округов – Сибирского, Дальневосточного, Приволжского, Северо-Кавказского, Центрального и Южного. До конца текущего года примем программы для Урала и Северо-Западного федерального округа. Основу стратегии составят более 200 проектов. Они призваны стать локомотивами роста российских территорий. Общий объём инвестиций в их реализацию, по примерным оценкам, более 7 трлн рублей.

Приоритеты окружных стратегий и ключевые проекты развития обязательно войдут и в нашу народную предвыборную программу, которая должна быть принята на съезде «Единой России» 23–24 сентября текущего года, с обозначением проблем, которые волнуют людей, и содержательными предложениями по их решению, конкретными шагами и планами действия по каждому субъекту Российской Федерации.

Уважаемые коллеги! Сейчас позвольте перейти непосредственно к проблемам Северо-Западного федерального округа России. Великий Новгород и Архангельск веками служили главными торговыми воротами Руси, а Санкт-Петербург задумывался и строился Петром Великим не только как Северная столица, но и прежде всего как город-порт, способный связать нашу страну с соседями в Европе, да и во всем мире – со странами и континентами.

Сегодня Северо-Западный округ также играет важнейшую роль в жизни страны, интеграции России в мировую экономику. Достаточно сказать, что в 2010 году треть всего торгового оборота России была осуществлена через логистические возможности северо-запада нашей страны. Считаю, что регионы округа способны стать лидерами в развитии транспорта и современной логистики, задавать в этой сфере самые высокие стандарты. Задача комплексная, и здесь одинаково важно всё – от создания стратегических, транзитных маршрутов до обустройства сельских дорог.

Мы концентрируем ресурсы для планомерного обновления всей дорожной сети России. Так, объём региональных дорожных фондов только северо-запада в ближайшие три года составит порядка 140 млрд рублей. Много это или мало? Для сравнения скажу: за восемь лет (с 2002 по 2010 год) из бюджетов всех уровней на дорожное строительство было выделено 2,7 трлн рублей. За такой же срок с 2012 года (тоже за восемь лет) будет выделено на эти же цели не 2,7 трлн рублей, а 8,3 трлн рублей.

Но здесь очень важно выделить приоритеты. Напомню, что только в этом году на ремонт внутригородских дорог и благоустройство дворовых территорий во всех административных центрах субъектов Российской Федерации мы выделили 34 млрд рублей, в том числе на ремонт городских дорог и благоустройство дворовых территорий в административных центрах Северо-Западного федерального округа из федерального бюджета выделено 3,7 млрд  рублей. Было бы правильно всю эту работу распространить и на другие города, районные центры и сельские поселения.

В этой связи предлагаю всем российским регионам значительную часть средств из своих дорожных фондов направить в первую очередь на внутригородские дороги и дороги сельских поселений. Кстати говоря, мы долго шли к тому, чтобы возродить эти дорожные фонды, сейчас возродили, и я уже сказал, какие средства там мы собираемся аккумулировать. За восемь лет огромные деньги – 8 трлн с лишним! Руководители регионов были инициаторами создания этих фондов, а сейчас некоторые приходят и говорят: разрешите нам использовать эти деньги на другие цели. Так не договаривались. Я обращаюсь сейчас к своим коллегам, руководителям регионов Российской Федерации: деньги из дорожного фонда должны быть направлены на дорожное строительство.

Со своей стороны в течение ближайших пяти лет планируем провести полную модернизацию всех федеральных трасс округа. Это дороги «Россия», «Балтия», «Кола», «Нарва», «Скандинавия», «Холмогоры». Перестроим и расширим пограничные переходы, чтобы избавить людей от унизительного стояния в пробках, но очень рассчитываем, что и наши соседи на сопредельных территориях будут осуществлять свои программы развития.

В этом году мы завершили строительство кольцевой дороги вокруг Санкт-Петербурга, закончили наконец строительство комплекса защитных сооружений. Петр I более 300 лет назад заложил Петербург, построил, и все 300 лет город страдал от наводнений. Все 300 лет! И вот, слава Богу, эта работа завершена. Я хочу ещё раз поздравить строителей.

Нужно развернуть работу на северном и южном обходах Калининграда, а в дальнейшем решить проблему грузового и автомобильного транзита и в других крупных городах региона. Перед нами стоит задача как минимум удвоить объёмы дорожного строительства в России. Для этого нужны не только средства и передовые технологии, но и новые подходы к развитию инфраструктуры, привлечению инвестиций, и прежде всего речь идёт о различных моделях государственно-частного партнёрства.

Кстати, хочу особо отметить, что уже 45 субъектов Российской Федерации приняли свои региональные правовые акты о поддержке такой формы работы, что создаёт хорошие условия для привлечения дополнительных инвестиций в инфраструктуру. Именно на принципах государственно-частного партнёрства осуществляются строительство автодороги Москва–Санкт-Петербург – западный скоростной диаметр в Петербурге, а также возведение нового терминала в аэропорту Пулково. К 2014 году пропускная способность этого аэропорта должна вырасти почти вдвое – с 7 млн, как сегодня, до 13 млн пассажиров в год. Таким образом, Пулково станет одним из крупнейших авиационных хабов не только России, но и Европы.

Одновременно продолжим реконструкцию всех ключевых аэропортов Северо-Западного округа – в Мурманске, Сыктывкаре, Калининграде, Архангельске, Петрозаводске, Пскове и Воркуте. Обязательно поддержим межрегиональные и северные авиаперевозки, в том числе обновим местные аэропорты в Великом Устюге, Ухте, Амдерме, Усинске, Нарьян-Маре. В общей сложности в развитие аэропортов северо-запада до 2019 года будет вложено свыше 60 млрд рублей. За последние девять лет практически втрое увеличены возможности наших портов. Второе рождение пережили наши морские порты на Балтике и Баренцевом море. Уже сейчас их пропускная способность – порядка 220 млн т, а это около 40% грузооборота всех российских портов.

Я помню, как мы боролись в своё время и начинали стройку в Приморске, с нуля делали. Сколько было проблем и шума, в том числе со стороны наших партнёров: забота об экологии. Ни одной претензии нет, порт блестяще работает и наращивает обороты.

Особо хочу сегодня отметить торговый порт в Усть-Луге. Он создаётся тоже с нуля. Первые объекты появились совсем недавно, в 2007 году, и мы рассчитываем, что уже к 2018 году Усть-Луга войдёт в десятку крупнейших торговых портов мира. Сегодня он переваливает 11,8 млн т. Рассчитываю, что к 2018 году Усть-Луга сможет обрабатывать около 180 млн т грузов ежегодно. Дальнейшие перспективы Усть-Луги связаны с созданием мощной индустриальной зоны. Здесь должны быть построены современные заводы, жильё, социальная инфраструктура. По сути, создаётся самый настоящий новый город примерно на 35–40 тыс. человек.

Впервые за последние десятилетия мы говорим о строительстве в нашей стране новых городов. Это применительно к Усть-Луге, это применительно, скажем, к новому космодрому на Дальнем Востоке. Там примерно то же должно произойти. Страна обустраивается, выходит на качественно иные, более высокие рубежи благодаря огромному труду и энергии миллионов наших граждан. Надеюсь, уже в обозримой перспективе начнёт постоянную стабильную работу Северный морской путь, и мы уверены, что он сможет составить конкуренцию традиционным торговым линиям и по стоимости услуг, и по безопасности, и по качеству перевозок. Основной базой для Северного морпути, конечно, должен стать Мурманск.

В полной мере нам нужно использовать и потенциал внутренних водных путей России. До 2018 года планируется модернизировать Беломоро-Балтийский и Волго-Балтийский каналы. Также предстоит существенно расширить пропускную способность основных железнодорожных переездов, в том числе по направлениям Москва–Петербург и Петербург–граница Финляндской Республики, где уже курсируют высокоскоростные пассажирские поезда.

Дополнительные пути должны снять многие проблемы, а они, к сожалению, возникли, и надо было бы тем, кто осуществлял эти проекты, заранее над этим подумать. Например, люди жалуются на то, что движение экспрессов негативно сказывается на расписании пригородных электричек: людям до работы трудно иногда добраться. Нужно было заранее об этом подумать, но не подумали заранее. Считаю, что нужно принять все необходимые меры, для того чтобы эти проблемы разрешить.

Уважаемые коллеги! По нашим оценкам, рост ВВП страны в этом году будет выше 4%, и это значит, что уже к началу 2012 года наша экономика в полном объёме компенсирует кризисный спад. Думаю, что 4,2–4,3% – это неплохо, но мы должны стремиться к большим результатам. Но в целом это позволит нам добиться уровня докризисного развития, и Россия сделает это раньше, чем многие другие страны, страны с так называемой развитой рыночной экономикой.

В период глобального кризиса целый ряд факторов от нас с вами не зависел. Риски пришли извне, их было очень много, но мы никогда на это не ссылались, никаких оправданий не искали и не ждали манны небесной: мы всю ответственность взяли на себя полностью. Я хотел бы сказать, что партия «Единая Россия» всегда должна быстро реагировать на острые ситуации, затрагивают ли они интересы всей страны либо жителей отдельного региона, города, – не важно: важно думать всегда о судьбах конкретного человека.

В Правительство приходит много обращений, в том числе через наши общественные приёмные. Очень часто звучит просьба помочь с техническими средствами для реабилитации граждан с ограниченными возможностями. Мы совсем недавно обсуждали это на площадке Общероссийского народного фронта: о том, как непросто выбить коляску, протез, другое оборудование, говорили представители инвалидных организаций. Я считаю, что уже к концу I квартала 2012 года мы должны максимально сделать всё, для того чтобы обеспечить все заявки на технические средства реабилитации и ликвидировать очередь. Здесь должны чётко сработать и федеральные, и региональные власти.

Ещё раз подчеркну: главное – это права и интересы людей. В любых обстоятельствах мы не откажемся от своих социальных обязательств, будем их защищать так, как мы это делали даже в условиях острой фазы кризиса. Помните, какая ситуация сложилась в своё время в одном из городов Ленинградской области – в Пикалеве? Там и сейчас ещё очень много проблем, кстати говоря, но всё-таки острая фаза преодолена и сейчас готовится программа развития с объёмом частных инвестиций свыше 16 млрд рублей. Стабилизировали ситуацию, теперь нужно идти дальше, и я считаю, что эти планы вполне реалистичны. Я встречался с потенциальными инвесторами, смотрел эти планы, изучал. Будем стараться им помочь, чтобы они вышли на новые рубежи.

Сейчас для всей российской экономики начинается новый этап развития. Нам нужно идти вперёд и ставить новые задачи. Считаю очень важным, что в период кризиса, решая самые неотложные проблемы, мы не упустили из виду долгосрочные горизонты развития. Именно в последние годы была развёрнута работа по формированию сильного ядра в нашей высшей школе, создавалась сеть федеральных и исследовательских университетов: в Северо-Западном округе это Северный и Балтийский федеральные университеты, в Архангельске и Калининграде, а также четыре национальных исследовательских университета. На их развитие дополнительно выделяем более 26 млрд рублей. Специальная программа, как и для Московского государственного университета, разработана для Санкт-Петербургского государственного университета.

Кроме того, мы предусмотрели 19 млрд рублей на реализацию совместных высокотехнологичных проектов вузов и бизнеса. На северо-западе это 16 проектов общим объёмом финансирования 5 млрд рублей. Для справки могу сказать, что в регионах северо-запада бизнес вложил уже 2,7 млрд рублей, а государство направило на эти цели 2,3 млрд рублей. Отмечу и тот факт, что при вузах и научных центрах округа создано почти 100 малых и средних инновационных предприятий. Всего по России их уже более тысячи – значит, 10% на северо-запад приходится. Много это или мало? По-честному сказать, мне кажется, не очень. Всё-таки здесь такой мощный научный и образовательный кластер, что, мне кажется, можно было бы и побольше, и разворачиваться можно было бы побыстрее. Но в целом в общем неплохо: 10% от страны в целом.

Активно взаимодействует с образовательными центрами и компания «Роснано»: её портфель в регионах северо-запада включает 16 проектов с бюджетом более 35 млрд рублей. Недавно мы обсуждали планы по укреплению профессионального образования с представителями Союза ректоров России. Я хочу ещё раз подчеркнуть: высшая школа – важнейший ресурс долгосрочного развития страны, российских регионов, поэтому будем обязательно увеличивать инвестиции в эту сферу, уделять ей особое внимание.

Как вы знаете, с 1 сентября на 9% проиндексирован стипендиальный фонд. Конечно, это в абсолютных цифрах немного, но первоначально планировали на 6%, вышли на 9%. Посмотрим, если что-то можно будет сделать дополнительно, конечно, будем думать над этим. Но в этой связи хотел бы обратить внимание на одну очень важную и социально чувствительную проблему. Если мы говорим о том, что в сфере оплаты труда школьных педагогов нужно выйти на среднюю по экономике региона, то совокупный доход преподавателей высшей школы, конечно, должен быть не ниже. И на этот счёт предлагаю и федеральным органам власти, и региональным как следует подумать.

Я замечу, что пока лишь в трёх регионах Северо-Западного федерального округа – Ленинградской области, Архангельской и Псковской областях – средняя зарплата преподавателей вузов превышает среднюю зарплату по экономике в субъекте Федерации. Кроме того, уже в этом году мы запускаем пилотный проект – увеличиваем финансовую поддержку программы по подготовке инженерных кадров в 10 вузах, в том числе в Санкт-Петербургском государственном электротехническом университете. Запустим программу, оценим результаты и в дальнейшем примем решение о расширении этой практики. Безусловно, это вложения в будущее, в завтрашний день нашей промышленности и экономики. Кстати говоря, предполагается, что только в рамках этой программы её реализация приведёт к увеличению доходов преподавателей как минимум на 7,5%.

Хочу обратить ваше внимание и на другой пример опережающего развития, на этот раз в инфраструктуре. В 2010 году национальная экономика только начала подниматься из кризиса, но при этом в энергетике было введено свыше 3,2 ГВт генерирующих мощностей. Много это или мало? Это самый высокий показатель за последние 10 лет! А в этом году мы должны ввести в 2 раза больше – 6,3 ГВт, причём 1,4 ГВт – здесь, в Северо-Западном федеральном округе России. До 2015 года в округе будет дополнительно построено более 4 ГВт новых генерирующих мощностей, а также почти 3 тыс. км линий электропередачи. Я скажу больше: Северо-Западный округ становится одной из опор европейской, а может быть, даже и мировой энергетической безопасности.

Вы помните, сколько копий было сломано, сколько слов было сказано по поводу наших экспортных поставок газа в Европу, сколько всяких палок в колёса нам вставляли при реализации, скажем, проекта «Северный поток» – газовой системы по дну Балтийского моря, сколько было альтернативных проектов? Где они все? Только на бумаге. А «Северный поток» практически реализован. У нас там 55 млрд куб. м – прокачка по году, две нитки, вот одну мы полностью закончили. Всё, завтра под Выборгом начнём пускать технологический газ, это примерно займёт месяц, а через месяц, в конце октября–в ноябре, можно будет уже поставлять газ потребителям. Что это означает? Это означает, что мы постепенно, спокойно, без всяких рывков уходим от диктата транзитных государств. Это и есть «окно в Европу» в энергетике.

Кстати говоря, общая стоимость проекта – 7,4 млрд евро, инвестиции очень серьёзные. Добавлю, что через два месяца будет запущена и вторая очередь Балтийской трубопроводной системы, которая позволит существенно диверсифицировать наш энергетический экспорт. При этом хочу обратить внимание и компании «Газпром», и руководителей регионов (вот я сейчас говорил об экспортном направлении): ни в коем случае нельзя забывать и не будем забывать о газификации регионов Российской Федерации. Это отдельная тема.

На северо-западе предстоит серьёзно развивать и ресурсную базу ТЭКа в целом. Будем использовать угольные пласты Печорского бассейна. Особое внимание необходимо будет уделить вопросам безопасности труда шахтёров, решению их социальных проблем. Нужно, конечно, сохранить наши угольные предприятия и в российском посёлке Баренцбург на Шпицбергене – на Груманте, как издревле его называли наши поморы.

Что касается нефти, то перспективы здесь связаны с Тимано-Печорской нефтяной провинцией. Уже началось активное освоение Харьягинского и Усинского месторождений в республиках Коми и Ненецком автономном округе. Конечно, будем выходить на арктический шельф. В этом году на Приразломном нефтяном месторождении на стыке Баренцева и Карского морей была установлена первая буровая ледостойкая платформа. Через несколько месяцев начнётся промышленная добыча углеводородов. Первая нефть в Приразломном пойдёт уже в I квартале 2012 года, начало промышленной добычи – в IV квартале следующего года. Также вы знаете, что компания «Роснефть» и один из ведущих наших партнёров – одна из ведущих мировых компаний «Эксон Мобил» – договорились о совместной долгосрочной стратегической работе, в том числе это касается и освоения арктического шельфа. Это позволит привлечь уникальные технологии и колоссальные инвестиции в объёмах сотен миллионов долларов (там уже о миллиардах идёт речь) – это большие, крупномасштабные проекты мирового уровня. Добавлю, что в Санкт-Петербурге создаётся и специальный центр в рамках этой совместной работы, который должен обеспечить научно-техническую поддержку и сопровождение наших шельфовых проектов. В газовой отрасли будет развиваться работа и на одном из крупнейших в мире – Штокмановском месторождении.

Конечно, компания «Газпром» вынуждена была немножко притормозить эту работу в связи с падением спроса на газ и падением цен на газ, наверное, и правильно сделали. Но мы не собираемся отказываться от этого проекта: создан консорциум с участием «Газпрома» и зарубежных энергетических компаний. Мы рассчитываем, что уже до конца этого года будут приняты все инвестиционные решения по первой очереди проекта. В рамках освоения Штокмана предполагается строительство морского порта, а также крупнейшего в мире завода по производству сжиженного газа.

Россия должна стать одним из лидеров глобального рынка СПГ. Сроки реализации первой фазы проекта поставки газа – конец 2016 года (где-то III и IV кварталы), пуск завода по СПГ предварительно планируется на 2017 год. Что для нас не менее важно? Развитие газодобычи позволит существенно продвинуться, как я уже об этом только что сказал, в газификации регионов северо-запада, в том числе и Мурманской области, которая до сих пор практически не газифицирована.

Хотел бы здесь подчеркнуть: если государство, бизнес осуществляют мегапроекты, это обязательно должно позитивно сказываться на жизни регионов, где эти проекты реализуются, чтобы не получалось так, что деньги и ресурсы оказываются где-то далеко, а территориям достается только головная боль, экологические и другие проблемы. Например, сейчас нефть в регионах северо-запада добывается, и добывается неплохо, однако действующие в регионе НПЗ, для примера, в основном ориентированы на экспорт, а мазут для энергетики и жилищно-коммунального хозяйства в Мурманской, Архангельской области, Республике Карелии приходится завозить за тысячу километров и за немалые деньги. Кстати говоря, потребности региона от деятельности самих нефтеперерабатывающих заводов обеспечиваются только на 11% – всё остальное либо продаётся за границу, либо уходит в другие регионы России, поэтому предстоит существенно расширить мощности нефтепереработки, сформировать на северо-западе мощный нефтехимический кластер.

Естественно, ни один из индустриальных проектов – ни выход на шельф, ни строительство новых заводов – не будет реализован без учёта самых строгих экологических требований. Бережное, цивилизованное отношение к природе – это обязательное условие для всех наших программ развития. В ближайшее десятилетие в России только на федеральном уровне планируется создать ещё 11 новых государственных природных заповедников и 20 национальных парков. Площади ещё девяти заповедников и двух национальных парков будут существенно расширены. Мы начинаем пилотный проект по обустройству необходимой инфраструктуры 12 особо охраняемых природных территорий – направим на эти цели 1,5 млрд рублей (мы их уже предусмотрели в бюджете), чтобы уникальные природные памятники были доступны для познавательного экологического туризма, как это водится во всём мире, и для молодых людей, и для семей с детьми, чтобы люди могли приехать и своими глазами увидеть эту красоту, это величие нашей страны.

В 2009 году был образован национальный парк «Русская Арктика». Он включает северную часть архипелага Новая Земля и Землю Франца-Иосифа, а также огромную водную акваторию общей площадью 1,5 млн кв. км. Уже начали работу научные экспедиции, которые должны детально оценить экологические риски в российской Арктике, а затем приступим к планомерной генеральной уборке наших северных территорий.

Для справки, я уже говорил как-то об этом, а в этой аудитории повторю ещё раз: печальные цифры. По предварительным оценкам, только на архипелаге Земля Франца-Иосифа брошено до 250 тыс. бочек, там 40–60 тыс. т нефтепродуктов и ещё примерно 1 млн просто пустых бочек брошено в качестве металлолома. Убирать надо всё: всё там ржавеет, вытекает, а экология Севера очень ранимая.

Ещё один принципиальный момент. Инвестиции в мегапроекты должны прежде всего эффективно работать внутри самой России, чтобы заказы получали не только наши зарубежные партнёры (а они тоже должны получать), но конкуренция должна быть и на внутреннем рынке. Но прежде всего, конечно, эти заказы должны идти на наши российские предприятия – российские машиностроительные, металлургические и судостроительные предприятия. Например, буровые установки для освоения шельфа проектируются в питерском ЦНИИ имени Крылова, строительство морских судов и специальных платформ пойдёт на заводах Петербурга, Северодвинска, Выборга и Мурманска.

Существующие верфи нам предстоит модернизировать и, конечно, расширять, в том числе под создание судов ледового класса, танкеров, ледовых платформ, а также плавучих атомных электростанций. Первая в мире такая электростанция «Академик Ломоносов» строится на Балтийском заводе. Знаю, что там есть определённые проблемы финансового характера, будем их решать.

Мы также закладываем целую серию ледоколов, включая атомоход «Лидер» мощностью 110 МВт. И делать эти суда, конечно, будут здесь, на верфях северо-запада, безусловно, у нас, в России.

И конечно, судостроение северо-запада должно укрепить свои позиции в качестве главного арсенала российского Военно-морского флота. По сути, после многолетнего перерыва мы начинаем большую судостроительную программу: до 2020 года на переоснащение Военно-морского флота России будет направлено 4,7 трлн рублей. Цель понятна: это создание современного флота, способного решать все задачи – от ядерного сдерживания до присутствия в Мировом океане, охраны наших экономических интересов и биоресурсов России.

В прошлом году с верфей «Севмаша» были спущены на воду атомные подводные лодки четвётого поколения «Александр Невский» и «Северодвинск», успешно проходит испытания стратегический ракетоносец «Юрий Долгорукий» (уже в текущем году он должен быть передан Тихоокеанскому флоту), ведётся строительство субмарин «Владимир Мономах» и «Казань», а также серии фрегатов и корветов.

Сегодня не могу не затронуть тему размещения госзаказа. Многие видели, следили за этим, а судостроители точно, к сожалению, до 1 сентября, как договаривались, полного согласования между Минобороны и производителями так и не произошло, там по некоторым направлениям продолжаются споры. Хочу обратить внимание всех сторон этого процесса: во-первых, у нас колоссальные деньги выделяются на укрепление обороноспособности страны (мы таких денег вообще никогда не выделяли, в советские времена, когда всё на оборонку бросали, там были сопоставимые цифры, а в новейшей истории никогда) – 20 трлн до 2020 года. Мы вынуждены по очень многим другим позициям или закрывать, или сокращать наши расходы, но мы должны это сделать, чтобы обеспечить обороноспособность. Но нам нужно не эти миллиарды и триллионы осваивать, нам нужно обеспечить количество и качество изделий. При этом, конечно, и рентабельность предприятий должна быть гарантирована: очевидный факт как минимум 15%. Надо выходить на эту рентабельность, чтобы были ресурсы для развития, достойной оплаты труда работников. Я надеюсь, что в ближайшее время, в течение недели, этот процесс будет закончен и по судостроению, и по ракетной технике, и по авиации. В 2012 году заказы, авансовые и другие платежи в полном объёме должны быть доведены до предприятий – не позднее марта. Очень на это рассчитываю.

Уважаемые коллеги! Логика наших проектов развития заключается в том, что именно в России должны создаваться высокооплачиваемые рабочие места и конкурентные производства. Например, северо-запад уже стал одним из главных центров российского автопрома. У нас в 2010 году в целом в России произведено 1,4 млн автомобилей всех типов, а на северо-западе – 400 тыс., и это очень неплохо. За последние годы здесь открыли свои предприятия ведущие мировые производители («Форд», «Дженерал Моторс», «Ниссан», «Тойота», «Хёндэ», «Сканиа»), создано (и это достаточно приличная цифра) 25 тыс. новых высокотехнологичных, высокооплачиваемых рабочих мест.

Сейчас задаются новые требования и по локализации, то есть по объёмам производства частей именно на территории России, и по объёмам выпуска продукции. И наши основные зарубежные партнёры готовы к такой системе работы. Соответствующие соглашения подписаны и с «Фордом», и с «Дженерал Моторс», и с «Фольксвагеном». Среди принципиальных условий нового режима промсборки – повышение уровня локализации, о котором я сказал, до 60%, а также обязательное создание здесь, в России, инжиниринговых центров, производство двигательных установок и других основных агрегатов. Речь идёт о полноценной промышленной цепочке, то есть от проведения НИОКР до крупносерийного выпуска продукции.

Мы серьёзно поддержали наш автопром в период кризиса – в результате ни один из крупных проектов не был свёрнут. В прошлом году производство легковых автомобилей увеличилось в России в 2 раза. За год увеличилось в 2 раза! По итогам шести месяцев текущего года рост – 76%. И если в 2009 году доля машин отечественной сборки в структуре продаж едва превышала 50%, то сейчас это уже почти 70%. Добавлю, что, по оценкам экспертов, уже в 2015–2016 годах российский автомобильный рынок способен стать крупнейшим в Европе. Так и будет, я в этом не сомневаюсь: у нас потенциал роста очень большой. Это хороший стимул как для самого автопрома, так и для его многочисленных смежников, включая металлургов, а за ними и горняков, – целая производственная цепочка.

За последние годы основные металлургические предприятия России вложили в программы модернизации более 800 млрд рублей. Металлургия действительно превращается в отрасль нового поколения с передовыми технологическими укладами, культурой производства, конкурентными зарплатами. Я был на всех наших ведущих предприятиях. Иногда даже не понимаешь, куда пришёл – то ли в учреждение здравоохранения, то ли на металлургический комбинат, честное слово. Я, кажется, много что видел, но некоторые производства меня просто удивили. Самый последний писк, что называется, в этой сфере – самое последнее оборудование. Блестящая подготовка специалистов, самый высочайший мировой класс! Молодцы!

На Кольском горнометаллургическом комбинате построен новый рудник «Северный». На «Северстали» запустили современную установку по производству уникальных сортов металла с полимерным покрытием. Ижорский трубный завод успешно участвует в реализации ключевых инфраструктурных проектов «Газпрома» и «Транснефти».

Традиционная гордость северо-запада – это машиностроение: промышленное, энергетическое, транспортное. Достаточно назвать Кировский или Ижорский заводы. Вместе с тем думаю, вам не раз приходилось слышать скептическое мнение, что в этом секторе мы отстали навсегда, и, как в народе говорят, ловить нечего, и вообще тяжёлое машиностроение – гигант индустрии, так утверждали некоторые, да ещё и звучит кое-где: это вчерашний день мировой экономики.

Вы знаете, 1 сентября я был в школе под Москвой, и там в учебнике обществоведения тоже такой тезис изложен, что в XXI веке по сравнению с XX веком на первое место выходит сфера услуг, а сфера производства ей уступает. Очень спорный тезис. Мы сейчас видим, что некоторые страны, которые увлеклись политикой деиндустриализации, пожинают тяжёлые и горькие плоды. И вслед за производством от них уходят и инжиниринговые центры, и мозги начинают утекать, а это создаёт условия для деградации, поэтому информация о том, говорить о том, что индустриализация умерла, очень преждевременно. Нам нужна новая индустриализация на новой базе – вот это правильно.

Я считаю, что мы поступили абсолютно правильно, выделив поддержку машиностроения в качестве приоритета. У нас есть всё, чтобы, во-первых, быть хозяевами на собственном рынке, а этот рынок – огромный. В ближайшие три года только наши генерирующие и сетевые энергокомпании (мы, кстати, на одном из совещаний в Петербурге говорили об этом) планируют направить на закупку оборудования огромные деньги – 1,5 трлн рублей. Вот это и есть рынок, который должен быть заполнен нашими отечественными предприятиями. Во-вторых, мы можем серьёзно нарастить высокотехнологичный экспорт. Убеждён, задача абсолютно реалистичная. Например, наша российская компания «Силовые машины» уже входит в пятёрку лидеров мирового энергомашиностроения. Кстати, в Петербурге они строят новое предприятие – 30 млрд рублей инвестиций. Очень неплохо! Желаю вам успехов.

Сейчас рабочие «Силовых машин» выполняют очень ответственный заказ: участвуют в восстановлении Саяно-Шушенской ГЭС. К 2014 году на станции будет полностью заменено всё генерирующее оборудование, установлено 10 новых турбин, и эти турбины отвечают самым строгим требованиям надёжности и безопасности. Первый новый гидроагрегат планируем ввести в эксплуатацию уже в декабре 2011 года, то есть там уже работают установленные агрегаты, но принципиально новый агрегат заработает в декабре 2011 года.

Что хотел бы отметить? Эффективная промышленная политика развития экономики в целом требует согласованной работы всех уровней власти. Например, Правительство приняло решение о постепенном повышении пошлин на вывоз необработанного леса и одновременно установило преференции для переработчиков. Конечно, кризис тоже здесь внёс свои коррективы. Мы не действовали так жёстко по вывозным таможенным пошлинам, как хотели первоначально (я об этом ещё скажу), но тем не менее результат даже этих скромных, но всё-таки системных мер есть. За последние три года экспорт кругляка из России сократился более чем в 2 раза – с 50 млн куб. м в год до 21 млн, но и это, может быть, не самое главное, потому что некоторые оппоненты могут сказать: просто рынки упали, потребность сократилась. Не только!

Началась реализация 98 инвестпроектов по глубокой переработке леса, 28 из них осуществляются, кстати, в регионах северо-запада, и объём инвестиций – 105 млрд рублей, а это уже совсем объективный показатель. Для региона это, как и в случае с автопромом, новые рабочие места и дополнительные бюджетные доходы. Вы знаете, мы пошли навстречу нашим партнёрам из Финляндии и временно заморозили рост экспортных вывозных пошлин на кругляк, но – хочу ещё раз подчеркнуть – это мы сделали временно. Мы хотим, чтобы наши друзья и партнёры в Финляндии вовремя сориентировались, приняли какие-то меры, нашли бы вместе с нами приемлемые для обеих сторон развязки и решения.

Но от этой стратегии – сокращать вывоз необработанного леса – отказываться не будем. Это принципиальная позиция. Это в полной мере касается, кстати говоря, и морских биоресурсов. За последние годы в рыбной отрасли действительно кое-что сделано: прежде всего наведён самый элементарный порядок – убраны набившие оскомину административные барьеры, во всяком случае ряд из них. В своё время мы фактически потеряли внутренний рынок. Везде был сплошной импорт. Сейчас доля отечественной продукции возросла до 75% на нашем внутреннем рынке. В ближайшие годы она должна подрасти до 80%.

Конечно, при реализации проектов развития очень многое зависит от активной, самостоятельной позиции регионов Российской Федерации. Так, в Вологодской области взялись за возрождение богатых традиций производства натуральных льняных тканей. Воссоздаётся вся цепочка – от выращивания льна до выпуска модной и удобной одежды.

В Санкт-Петербурге успешно формируют целый фармацевтический кластер. Как формируют? Надо отдать должное руководству Санкт-Петербурга, во всяком случае в этой части, или, скажем, прежнему руководству (уже новый претендент появился на высокую должность губернатора), но прежнее руководство в этой части действовало вполне целенаправленно и весьма эффективно. Во-первых, обустроили производственные площадки, подвели коммуникации и инфраструктуру. Во-вторых, снизили ставку налога на прибыль до 13,5%, полностью освободили компании от уплаты налога на имущество, предусмотрели налоговые каникулы – приняли целый комплекс мер. Результат есть? Есть. Уже сейчас реализуется девять проектов с общим объёмом инвестиций более 25 млрд рублей. Первые производственные линии будут запущены уже в 2012–2013 годах, причём практически все проекты включают создание исследовательских центров по разработке новых лекарств. Это реальное движение вперёд. Можно их только поздравить и поблагодарить за это.

Понятно, что у каждого региона разные стартовые позиции, но у всех субъектов Федерации есть возможность правильно расставить приоритеты, грамотно выстроить работу с потенциальными инвесторами, избавиться от неэффективных расходов и, наоборот, вкладывать средства в программы развития, поддержку малого и среднего бизнеса.

Вместе с тем эта понятная логика не везде является руководством к действию, к сожалению. Например, в Архангельской и Калининградской областях так и не принято решение о пониженной ставке в рамках упрощённой системы налогообложения. Практически во всех регионах округа есть программы с льготным предоставлением помещений для нужд малого и среднего бизнеса. Я только что говорил про Петербург, о работе по фармкластеру, но с этими помещениями и здесь проблем хватает. Практически во всех субъектах северо-запада, да, наверное, вообще России, ситуация к лучшему если и меняется, то очень медленно, и для участников рынка незаметно, к сожалению. Я обращаю внимание моих коллег-губернаторов, коллег из местных органов самоуправления: поддержкой предпринимательства нужно заниматься на практике постоянно, в жизни, а не на словах – только в этом случае будет результат. Кстати, при оценке региональных управленческих команд обязательно будем учитывать и параметры делового климата, который создается в субъекте Федерации.

Уважаемые коллеги, всё, что важно для человека, что определяет его благополучие и возможности для самореализации, должно быть постоянно в центре вашего внимания, нашего с вами внимания. Отмечу, что по итогам 2011 года ожидается увеличение жилищного строительства по всем регионам северо-запада страны. Стройка пошла в рост, начинает оживать, но пока очень медленно: в целом по стране медленно, а на северо-западе совсем медленно, там рост – только 0,1%.

К 2020 году тем не менее нам предстоит удвоить объёмы жилищного строительства в Северо-Западном федеральном округе и выйти на уровень свыше 12 млн кв. м жилья в год. Для этого в том числе намерены активно использовать возможности Фонда развития жилищного строительства. На северо-западе он уже реализует несколько комплексных проектов. Общая площадь жилья, планируемая к вводу, на участках Фонда РЖС превышает 1 млн кв. м, и это только по северо-западу. Кроме того, будут открываться предприятия по выпуску стройматериалов с принципиально новыми характеристиками энергоэффективности и экологичности. За счёт программ Фонда ЖКХ в регионах северо-запада уже отремонтировано 13 тыс. многоквартирных домов, и это значит, что свои жилищные условия улучшили более чем 2 млн граждан нашей страны.

«Единая Россия», кстати, в начале этого года организовала мониторинг и контроль в сфере тарифов на коммунальные услуги. Отмечу, что ни в одном из регионов Северо-Западного федерального округа рост платежей, совокупных платежей граждан за коммунальные услуги, не превысил установленный порог 15%, но разброс большой. Скажу, и здесь секретов нет, что средний рост тарифов составил 11,5%: наибольший – в Петербурге (14,4%, тоже за 15-процентный барьер не выскочили), наименьший – в Калининграде (6,1%) и Ленинградской области (6,8%). Нам нужно и дальше последовательно наводить порядок в сфере ЖКХ. Кстати, такой разброс в росте в значительной степени связан с объективными обстоятельствами. Одно дело – Ленинградская область, село, а другое дело – такой город, как Питер. Но люди должны платить за реально потребляемые и качественные услуги, а не оплачивать, как мы много-много раз уже говорили, взятые с потолка нормативы и счета, за которыми часто стоят неэффективное управление, монополизм, нежелание вкладывать в обновление инфраструктуры, а зачастую и банальное воровство.

Ключевой вопрос – это доступность жилья, решение жилищных проблем бюджетников (врачей, учителей), молодых семей, в целом молодых специалистов, военнослужащих и ветеранов. Все участники Великой Отечественной войны, проживающие в Северо-Западном федеральном округе и вставшие на учёт до 1 марта 2005 года, получили квартиры. Это 8984 человека. Но, после того как мы расширили эту программу, с просьбой помочь в решении жилищных проблем обратилось ещё более 21 тыс. человек, из них 14,5 тыс. уже улучшили свои жилищные условия. Конечно, мы эти программы будем продолжать.

За два предыдущих года в целом по стране военнослужащим Минобороны было предоставлено порядка 100 тыс. квартир. Никогда прежде – хочу обратить на это ваше внимание, – никогда в России столько квартир для военнослужащих не выделялось. Чтобы динамика была нагляднее, приведу несколько цифр только по регионам северо-запада. Смотрите, что у вас здесь, на северо-западе, происходило. В 2009 году для военнослужащих здесь, на северо-западе, было приобретено и построено 486 квартир. 2010 год – уже 4587 квартир (в 10 раз), а в 2011 году мы планируем 14 910 квартир. И, конечно, на этом останавливаться не будем. Всего в России с 2011 по 2013 год военнослужащим будет предоставлено еще около 77 тыс. квартир, что позволит полностью ликвидировать жилищную очередь в Вооруженных силах. Очень на это рассчитываю и надеюсь.

Естественно, в новых микрорайонах и кварталах для военнослужащих будем строить не только жильё, но и всю сопутствующую инфраструктуру. Чтобы семьи жили в нормальных, достойных условиях, будем создавать дополнительные рабочие места, открывать школы, детские сады, поликлиники. Здесь очень высока роль региональных органов власти. Во многих регионах руководители так и поступают. Вот в Питере так Валентина Ивановна (В.И.Матвиенко) делала. Я был во многих городках, смотрел: из своего бюджета много денег Питер выделил на эти цели, и очень правильно сделал. Я призываю и других коллег обратить на это самое пристальное внимание.

Отмечу, что в рамках национального проекта «Здоровье» мы дополнительно инвестировали в здравоохранение Северо-Западного федерального округа – сейчас поговорим по этой программе – более 47 млрд рублей, в том числе федеральный бюджет – 30,7 млрд, субъекты – 16,4 млрд. Уже введены в эксплуатацию три новых перинатальных центра – в Петербурге, Калининградской и Мурманской областях. Показатель детской смертности в регионах округа в прошлом году снизился почти на 10%. Не позднее марта 2012 года должен заработать и федеральный центр сосудистой хирургии в Калининграде. Недавно на совещании в Смоленске детально обсуждалось положение дел по каждому такому объекту, по каждому говорили. Рассчитываю, что все выводы будут сделаны, и работы будут закончены в срок.

В 2005 году, когда мы только приняли решение о запуске нацпроекта «Здоровье», высокотехнологичную медицинскую помощь за счёт федерального бюджета получали 60 тыс. граждан. В этом году это уже практически 300 тыс. человек – рост в 5 раз, и этого пока недостаточно. Я знаю параметры, и за каждым случаем – жизнь и здоровье людей. Конечно, будем наращивать эти возможности, поэтому мы приняли следующее решение: дополнительно направить 2,5 млрд рублей на оказание высокотехнологичной медицинской помощи. Это позволит уже в этом году сделать ещё до 20 тыс. операций, в которых люди так нуждаются. Но заложить деньги в бюджет – это далеко не всё. Я прошу Минздравсоцразвития, Российскую академию меднаук оперативно организовать ритмичную работу центров, которые будут предоставлять необходимые виды услуг.

Особое внимание, как у нас на Руси и принято, – детям. Такого понятия, как «детская очередь на операцию», не должно быть в принципе. Кроме того, мы предусмотрели 2,3 млрд рублей на дополнительное лекарственное обеспечение льготных категорий граждан. Это сообщаю впервые, мы только что, недавно, буквально на днях, согласовали эти параметры с Минфином, Минэкономразвития, Минздравом. Эти деньги будут направлены в регионы, а субъекты Федерации прошу уже в этом году осуществлять закупки, чтобы в начале января следующего года, как это иногда бывало раньше, никаких сбоев с обеспечением лекарствами нуждающихся граждан не было.

В полной мере это касается и реализации региональных программ модернизации здравоохранения. На ремонт больниц и поликлиник, покупку новой техники, внедрение современных стандартов медпомощи регионы северо-запада за 2011–2012 годы получат более 44 млрд рублей. Это дополнительные ресурсы. Обращаю внимание: деньги по этому году перечислены полностью, теперь на местах нужно активно и грамотно вести работу, в том числе прошу уделить особое внимание внедрению современных информационных технологий, которые позволят сделать запись к врачу цивилизованной, максимально удобной для пациента, и избавить от беготни по всякого рода инстанциям со всякими талончиками и т.д.

Одна из ключевых задач региональных программ модернизации здравоохранения – это повышение уровня зарплат медработников. Напомню, что за два года фонд заработной платы должен увеличиться на 30–35%. Могу и здесь привести данные по северо-западу. Они любопытные: разница большая, разброс большой. Собственно, понятно, уровень жизни – разный в регионах. Средняя начисленная заработная плата врачей в Северо-Западном федеральном округе в 2010 году – 30 365 рублей, самая высокая – в Ненецком автономном округе (69 390 рублей), самая скромная – в Архангельской области (18 648 рублей). Разница большая очень.

Сейчас, чтобы получать более или менее нормальные деньги (вот мы говорили на встрече с медработниками), они должны крутиться как белка в колесе, совмещая полторы, а то и две ставки – с постоянными дежурствами совмещая. По северо-западу картина такая. Возьмём сельскую местность: по штатному расписанию здесь предусмотрено 2512 врачебных должностей, занято 2144. Казалось бы, всё сходится, но, если посмотреть на реалии, они не такие радужные, потому что работает на этих ставках 1448 человек. Значит, почти каждый работает на две ставки – отсюда и очереди, и физическая нагрузка врача, недосмотр какой-то и т.д. и т.п.

В целом по России ситуация с кадрами в сельской местности следующая. Всего штатных единиц врачей порядка 66 тыс., работает 41 тыс., причём молодых специалистов среди них только 6,5 тыс. Считаю, что мы должны создать дополнительные стимулы для врачей, которые придут в сельскую медицину. Предлагаю выделить по 1 млн рублей подъёмных каждому специалисту, который пожелает (работает) на селе. Он сможет использовать эти деньги на обустройство, решение жилищных и других бытовых проблем. Единственное условие – проработать не менее пяти лет. Я думаю, что это вполне обоснованно и логично. Это по-честному.

Хочу вот на что обратить ваше внимание. Во-первых, у нас средства есть, и это известная экономия в рамках программы модернизации. Здесь даже дополнительных ресурсов не нужно. Примерно это будет нам стоить 11 млрд рублей, но мы в первую очередь должны будем помогать тем регионам, которые сами шевелятся и что-то делают для обустройства своих медиков. И, кстати говоря, такие регионы есть.

Я рассчитываю, что такой шаг позволит уже в следующем году как минимум вдвое сократить дефицит врачей в сельской местности. Вдвое! Сейчас дефицит составляет порядка 22 тыс. специалистов. Конечно, потребуются некоторые изменения в законодательстве, и я прошу нашу фракцию в Государственной Думе обеспечить оперативное рассмотрение и принятие необходимых поправок. Нужно сделать это максимально быстро, чтобы уже в декабре–январе мы могли начать такую программу. Она будет действовать весь 2012 год. Посмотрим на её результаты, а там дальше будет видно.

Мы предлагаем регионам также поддержать эту инициативу, тем более что, как я уже говорил, во многих субъектах Российской Федерации позитивный опыт есть, накоплен. Например, в Кемеровской области врачам, работающим в сельской местности, выдают льготные жилищные кредиты, в Карачаево-Черкесии предусмотрены 25-процентные надбавки молодым сельским врачам. Специальные надбавки к фонду оплаты труда работают и в Липецкой области. Было бы правильным, если бы регионы в свою очередь предусмотрели систему стимулов для среднего медперсонала. Этих специалистов также не хватает на селе, и это, безусловно, нужно сделать, тем более что большинство медицинских училищ находится в ведении субъектов Российской Федерации. Я убедительно прошу моих коллег и депутатов законодательных собраний, представителей, кстати говоря, и «Народного фронта», и руководителей регионов совместно с профессиональным сообществом эту тему самым тщательным образом обсудить и обозначить её в качестве одного из приоритетов для дальнейшей работы, в том числе и при формировании региональных бюджетов.

Теперь несколько слов о программе поддержки российской школы. В ближайшие два учебных года из федерального бюджета планируем выделить регионам – вы знаете уже об этом – 120 млрд рублей дополнительно. Эти средства пойдут на покупку оборудования, обустройство школьных столовых, на решение проблем малокомплектных школ в сельской местности, на повышение квалификации педагогов. В свою очередь за счёт освободившихся средств субъекты Федерации обязаны обеспечить рост зарплаты учителей. Обращаю внимание: уже по итогам сентября учителя должны увидеть повышение своих зарплат не в каких-то планах, а конкретно в кошельке. По данным Министерства образования и науки, в 40 объектах Российской Федерации уже в текущем месяце средний уровень зарплат по экономике в регионе и зарплат учителей сравняется, а в четырёх регионах этот показатель будет превышен, то есть учителя будут получать даже чуть выше, чем среднюю по экономике.

В 38 субъектах Российской Федерации средняя зарплата учителей вырастет не менее чем на 30%. Но вместе с тем здесь она пока все же недотягивает до средней зарплаты по экономике, и этим субъектам Федерации нужно как можно быстрее поставленную задачу решать. Повторю, в течение этого и последующего учебных годов во всех без исключения регионах России зарплата учителя должна достичь средней зарплаты по экономике в регионе, в субъекте Российской Федерации. Я прошу партийные структуры «Единой России» на местах держать этот вопрос на постоянном контроле и добиться этого результата.

К чему приводят низкие зарплаты школьных педагогов, мы прекрасно с вами понимаем. Это не только унизительное состояние (а мы говорим, что педагог работает с нашим будущим – с детьми), но это ещё закрывает ему доступ ко многим возможностям экономического характера, или социально-экономического характера. Например, если ты учитель и получаешь мало, молодой специалист, а зарплата, как правило, не более 8 тыс. рублей в месяц, то в этом случае даже о самой дешёвой ипотеке приходится забыть, потому что никакой банк под такую зарплату никого ипотечного кредита не выдаст.

Теперь, когда зарплаты учителей выходят на уровень средней зарплаты по экономике, жилищные кредиты будут становиться доступнее, поэтому в этой сфере тоже есть некоторые предложения. Хочу вас с ними познакомить. Во-первых, предлагаю предусмотреть специальную ипотеку для молодых преподавателей, учителей с пониженной ставкой и, подчеркну, с минимально возможным первоначальным взносом, а также без ограничений по размерам оплаты труда.

Ставка сегодня – порядка 13–14%, предлагается сделать её в районе 8,5%, первоначальный взнос сегодня 20%, предлагается – не более 10%. И я думаю, было бы очень правильно, если бы регионы (у многих такие возможности есть) этот первоначальный взнос вообще взяли на себя. Это вполне возможно.

И речь идёт о специалистах до 35 лет, о молодых педагогах. Примерно, по нашим расчётам, 50–60 тыс. человек могут взять такие кредиты. Вообще, специалистов такого возраста – примерно 22% с небольшим от общего числа преподавателей (это примерно 238 тыс. человек), но мы считаем, что в такую ипотечную систему может войти 50–60 тыс. Мне кажется, как первый шаг решения жилищных проблем учителей на селе это может быть достаточно эффективным.

Я уже говорил, что регионы могли бы взять на себя и первый взнос. Многие уже делают, и делают немало. В качестве примера могу привести Псковскую область, где платят подъёмные молодым специалистам, которые идут на работу в школу. Я прошу федеральные ведомства, Агентство по ипотечному жилищному кредитованию детально проработать вопрос о специальной ипотеке для молодых учителей и, конечно, прошу наших коллег в регионах, как я уже говорил, также заняться этим вопросом.

Есть ещё одно предложение: предлагается использовать такую форму, как жилищные кооперативы. Этой возможностью смогут воспользоваться все школьные преподаватели вне зависимости от возраста. Фонд развития жилищного строительства будет безвозмездно предоставлять таким кооперативам участки под застройку, а субъекты Федерации могли бы полностью взять на себя обустройство таких участков всеми необходимыми коммуникациями (не такая уж затратная работа будет), а также решение оргвопросов по созданию кооперативов. В результате, по нашей предварительной оценке, стоимость квадратного метра жилья экономкласса может снизиться минимум на 25–30% от рыночного уровня – это уже заметное облегчение для участия в таком кооперативе. Здесь также потребуется внесение изменений в законодательство, включая Земельный кодекс. Прошу депутатов фракции «Единая Россия» обратить на это внимание.

Убеждён, что возможности «Единой России» и наших депутатов в регионах обязательно должны быть использованы, и прошу вас тоже обратить внимание на этот проект, который условно мы с вами могли бы назвать «Учительский дом».

Мы также поможем тем субъектам Федерации, которые активно занимаются дошкольным образованием, и за счёт федеральных источников выделим на эти цели дополнительно 9 млрд рублей – 1 млрд напрямую из федерального бюджета и ещё 8 млрд в виде бюджетных кредитов, кредитов регионам. Это позволит существенно ускорить ликвидацию очередей в детсады. Для северо-запада тема очень острая: здесь сейчас ждут своего места в детсады более 110 тыс. ребятишек, при этом некоторые регионы отводят на решение данной проблемы 5, а то и 10 лет. Но это не решение проблемы: за это время они уже вырастут, на работу пойдут. Такой подход, конечно, нужно пересматривать. Уверен, ресурсы на это важное дело можно найти и нужно найти.

Знаете, я же часто бываю в регионах и знаю, что многие бывшие детские сады заняты под всякие административные учреждения. Первое, что нужно сделать, – освободить эти помещения. Я понимаю, там, где уже продано, бизнес занял, трудно вернуть через суды, но там, где административные органы сидят, можно же освободить? Можно, конечно, и нужно это сделать. Нам нужно с вами шаг за шагом создавать в каждом российском регионе достойные и комфортные условия для жизни человека, для семьи, возможности для успешной полноценной самореализации во всех сферах – в труде, творчестве, спорте, образовании. Конечно, мы обязаны беречь историческое и культурное наследие, которое объединяет нашу нацию.

Только за счёт федеральных источников за последние 10 лет мы вложили в реставрацию древних памятников зодчества русского Севера, в строительство и реконструкцию музеев, театров, библиотек Новгорода, Пскова, Санкт-Петербурга, других городов северо-запада более 66 млрд рублей. Развиваем спортивную инфраструктуру (8 млрд рублей направили на строительство физкультурных центров северо-запада), в Санкт-Петербурге, Калининграде будут создаваться кластеры для будущего чемпионата мира по футболу. Это тоже новые перспективы для всего региона.

Уважаемые коллеги! Теперь буквально два слова о выборах. Выборы в Госдуму назначены. На предстоящем съезде «Единой России», конечно, ещё поговорим и о программе, и списках кандидатов по предвыборной работе. Что хотел бы отметить сейчас? «Единая Россия» будет участвовать в выборах в Государственную Думу вместе с широкой общественной коалицией, опираясь на единую платформу и общую программу действий, поддерживая и выдвигая во власть новых инициативных и неравнодушных людей. Мы создали с вами «Народный фронт», открытый для всех общественных организаций и трудовых коллективов, для представителей даже других политических партий – для всех, у кого есть новые предложения и желание работать для будущего страны.

Я убеждён, идея народной консолидации была правильной, необходимой и всему обществу, да и самой «Единой России». Стремление большинства людей к единению вокруг позитивных целей развития очевидно, так же как желание граждан напрямую влиять на политику государства, поэтому возможности и механизмы, которые для этого предлагает сегодня «Единая Россия», обязательно будут востребованы. Об этом говорят и результаты предварительного народного голосования. На этой площадке ярко проявили себя многие инициативные группы и лидеры общественного мнения, которые хотят и способны решать стоящие перед страной задачи.

Сама «Единая Россия», у которой, конечно же, очень много проблем, и нарекания в адрес «Единой России» правильные, но всё-таки «Единая Россия» реально продемонстрировала своё развитие, расширение внутрипартийной демократии, в целом очевидно качественное обновление принципов работы партии. С учётом результатов предварительного голосования уже можно сказать, что значительную часть мест в нашем списке на выборах в Госдуму займут представители различных социальных групп – врачи, учителя, инженеры, рабочие и фермеры, военнослужащие и предприниматели, пенсионеры и молодёжь. Одновременно будет много новых молодых политиков и из числа самой партии, из партийного и кадрового резерва, и из молодёжных структур.

В целом нашу фракцию в Госдуме ждёт серьёзное обновление – наполовину, а то и более. Я думаю, что это позитивная тенденция, но, конечно, при этом мы не должны потерять людей, которые доказали и показали, что они могут позитивно работать на благо страны и её граждан. Нельзя потерять этих людей, нужно использовать их потенциал и желание работать, и, конечно, партийные структуры, да и Правительство, над этим подумают. Нам с вами нужно, чтобы через приход новых людей в политику, во власть работа партии во всех уровнях стала более эффективной. Уверен, что механизм предварительного народного голосования мы должны широко использовать и в ходе предстоящих региональных выборов. Я предлагаю, чтобы в списках «Единой России» на предстоящих региональных выборах тоже было не менее 25% представителей «Народного фронта»: это пойдёт только на пользу.

Уважаемые коллеги! Безусловно, задача работы «Народного фронта», о котором я только что упомянул, не ограничивается только выборами и новыми механизмами формирования власти. Пожалуй, самое важное – это открытое обсуждение ключевых проблем страны и общества. Чтобы реализовать наши стратегические планы, вывести Россию на качественно более высокий уровень развития, нам потребуется принимать многие принципиальные решения, серьёзно обсуждать важные проекты, выбирать те приоритеты, на которых должно быть сконцентрировано особое внимание. И такие решения не могут приниматься исключительно в кабинетах, узким кругом чиновников или экспертов. Они должны опираться на поддержку всего российского народа. И это должны быть не только грамотные, выверенные решения – они должны быть понятны обществу, востребованы и поддержаны обществом, должны отвечать интересам большинства, подавляющего большинства граждан России, то есть должны быть справедливыми.

Именно поэтому с помощью механизмов «Народного фронта» нам необходимо расширить возможности российского гражданского общества по формированию национальной повестки. На площадке «Народного фронта» с участием общественных объединений, граждан мы уже обсуждали параметры федерального бюджета на будущий год, рассматривали такие определяющие принципиальные темы, как модернизация здравоохранения и образования, социальная политика, укрепление гражданского и межнационального согласия. И эта работа, конечно, должна быть продолжена. Например, общественное обсуждение народного бюджета должно стать постоянным, причём как на федеральном, так и на региональном уровнях.

Предлагаю также, чтобы в ходе осенней сессии Госдумы (а её пленарные заседания начинаются, по-моему, прямо завтра) максимально полно был отработан механизм взаимодействия нашей фракции с участниками «Народного фронта» при рассмотрении ключевых и наиболее социально значимых законопроектов. Собственно говоря, этот процесс уже начался. Необходимо сформировать перечень приоритетных законопроектов осенней сессии и предусмотреть процедуры их предварительного обсуждения (например, в рамках регулярных совместных заседаний руководства фракции «Единая Россия» и представителей федерального координационного совета «Народного фронта»).

И ещё. Считаю возможным проработать вопрос об усилении участия представителей «Народного фронта» в экспертных советах и комиссиях при профильных комитетах Госдумы, Это в том числе позволит накопить опыт парламентской работы тем коллегам, которые впервые придут в Думу по нашим спискам.

Уважаемые друзья! На региональных конференциях мы намечали масштабные стратегические планы развития регионов, они войдут в нашу предвыборную программу. И прежде всего это означает, что мы берём обязательства перед гражданами России, несём полную ответственность за результаты, за то, насколько эффективно будут реализованы наши проекты в конкретных законах и решениях, в бюджетных статьях на федеральном, региональном или местном уровнях. Работа очень большая, предстоит решить много сложных и важных задач. Я уверен, мы с этим справимся.

Спасибо вам большое за терпение и внимание!

(Идёт показ видеоролика).

В.В.Путин: Уважаемые друзья, коллеги! Давайте продолжим нашу работу.

Мы, как и заведено уже на мероприятиях подобного рода, заслушаем предлагаемые проекты: коллеги нас с этим познакомят, а потом поговорим просто о проблемах северо-запада страны в свободном режиме.

Пожалуйста, Старцева Алла Викторовна, Объединённая управляющая компания «Доминион».

А.В.Старцева: Добрый день, Владимир Владимирович! Добрый день, уважаемые коллеги!

У меня предложение: прежде чем мы начнём разговор про наш замечательный лён, давайте на него посмотрим.

(Идёт показ ролика)

В дополнение к увиденному, услышанному я бы хотела остановиться ещё на нескольких ключевых моментах нашего проекта. Почему так важно сегодня в России возрождать лён? Во-первых, мы должны с вами чётко понимать, что именно лён – это единственное натуральное отечественное сырьё для текстильной отрасли, единственная реальная альтернатива дорожающему хлопку и, следовательно, единственная реальная возможность избавить нашу отрасль от импортозависимости. Во-вторых, спрос на лён на мировом рынке только растёт, а следовательно, у этой продукции очень хорошая коммерческая перспектива. И в-третьих, лён для России – не просто материал, лён – это душа России. Всегда ко льну было на Руси особое отношение: лён и кормил, и одевал, и обувал, и согревал. Так и говорили на Руси, кто посеял лён – пожнёт золото.

Именно поэтому задача возрождения – это ещё и задача возрождения нашего национального бренда. Мы реализуем наш проект именно в Вологодской области, потому что Вологодчина всегда была и есть льняной столицей России. Именно здесь удалось сохранить весь цикл предприятия и переработки, как мы говорим, от поля до прилавка. То есть, по сути, именно в Вологодской области сформировался полноценный льняной кластер как симбиоз сельскохозяйственного и текстильного сектора. И, что самое главное, здесь есть люди, замечательные труженики – как в сельском хозяйстве, так и в текстиле, – которые знают, умеют, а главное, хотят выращивать и перерабатывать этот замечательный материал.

Наш проект рассчитан до 2021 года. Его общая сметная стоимость капитальных вложений – 9,8 млрд рублей. Суть проекта очевидна, Вы про это говорили в своём выступлении сегодня: это модернизация, модернизация, модернизация… Форма реализации также очевидна, ей нет альтернатив – это частно-государственное партнёрство.

Уже три года мы реализуем этот проект при поддержке правительства Вологодской области. Конечно, много уже сделано. Вы видели в нашем ролике (это уже и результат) и прекрасные ткани, и прекрасную одежду. Если говорить по итогам 2010 года, то наш льняной комбинат «Вологодский текстиль» как интегрированный общий результат работы нашего льняного кластера впервые стал лидером по производству костюмно-плательных тканей в России, то есть самый востребованный конечным потребителем – швейниками и населением.

Конечно, многое сделано, но ещё больше нам предстоит сделать, и в этой связи, конечно, меры государственной поддержки нам очень нужны. Спасибо большое, что уже государство поворачивается лицом к текстильной отрасли – уже много сделано. Знаю, что недавно Вы подписали распоряжение, которое оказывает меры поддержки экономически значимым региональным программам. В том числе туда вошла и наша программа, Вологодской области. В 2011 году ей будет выделено 111 млн рублей. Это, конечно, очень важно, но нужно еще не меньше сделать, потому что проблемы в отрасли есть, проблемы системные.

Мы вчера на заседании агропромышленной секции нашей конференции о них говорили. Я бы хотела сейчас остановиться только на двух из них, ключевых, для решения вопросов модернизации нашей отрасли. Во-первых, для эффективной модернизации нам нужны длинные и дешёвые заёмные деньги. Что это значит? Это значит кредитование на срок более 12 лет по ставке не выше 1,5% к ставке рефинансирования ЦБ РФ при сохранении ныне действующих правил субсидирования по 993-му постановлению и предоставление возможности отсрочки по уплате основного долга от двух до трёх лет. Либо альтернативный вариант: отказаться от субсидирования, не перекладывать из одного государственного кармана в другой, а предоставить кредиты на действительно льготных условиях, как на Западе – по 3–4% годовых. Только такие кредиты могли бы эффективно работать.

Вторая мера поддержки, она тоже не менее значимая и, может быть, даже более срочная. Так как мы находимся в активной фазе модернизации, нам нужно срочное внесение изменений и дополнений в постановление №372, которое регулирует перечень технологического оборудования, на которое отменена уплата ввозного НДС, для того чтобы предприятия агропромышленного комплекса могли не отвлекать существенные оборотные средства на уплату этого временного налога. Причем именно туда не вошло в основном отделочное оборудование, а именно с отделочного оборудования мы и начали нашу модернизацию, потому что именно заключительная отделка тканей больше всего влияет на повышение конкурентоспособности выпускаемой продукции. Мы очень надеемся, что эти меры будут приняты, Минпромторг нам поможет, потому что уже контракты заключены, оборудование уже изготавливается.

Я в заключение хочу сказать, что мы выпускаем продукцию, которая ориентирована на каждого из нас, на каждого жителя страны. И если говорить по-простому, то именно в этом-то и состоит цель нашего проекта, чтобы каждый житель Российской Федерации на себе мог понять, что носить лён – это изумительно, чтобы эта роскошь наша действительно стала для россиян доступной, потому что наши ткани экологически чистые, модные, современные, они удивительно красивые. Я бы очень хотела, чтобы Вы их увидели, смогли прикоснуться к ним. Мы очень любим наш вологодский лён, хотели, чтобы полюбили его и Вы, потому что даже рифмы другой я придумать не могу, кроме как «лён» – «влюблён», поэтому всех оденем в лён.

В.В.Путин: Что касается кредитов ниже рыночной стоимости, ниже инфляции, то вы сказали: в некоторых экономиках, в Европе там, в западных странах такие кредиты выдают. Там, во-первых, инфляция меньше. У нас – я не помню сколько, по-моему, за первое полугодие накоплена инфляция 5% – самая низкая за всю историю современной истории. Но всё-таки это 5%, и накопленная по году (не знаю, сколько будет там) к 8%, наверное, подтянется – тоже будет очень низкая для России, но всё-таки это 8%. Ситуация, при которой выдаются просто экономически не обоснованные кредиты по низким ставкам, – это очень опасный путь. В некоторых странах, у наших соседей так делали, скажем, в строительном секторе: выдавали кредиты под 1–2%. Просто напечатанные деньги. Это вопрос только, когда наступит кризис. Он неизбежен.

То же самое произошло в Штатах с ипотечным кредитованием, когда даже не проверяли качество заёмщика, а просто в огромных количествах выдавали деньги под ипотеку. Всё это привело к ипотечному кризису. И помните, как закачалась сама экономика США, как закачались основные компании, которые работают по ипотеке, – «Фанни Мэй», или как они там назывались, две основные компании. А за ними закачался весь финансовый сектор, а потом это всё перекинулось и на экономику. Это очень опасный путь.

Поэтому я думаю, что сегодня как раз нужно говорить о субсидировании. Это субсидирование есть. Объёмы маленькие: с 2006 года, по-моему, по сегодняшний день – всего 3 млрд по трём направлениям, кстати говоря: на субсидирование ставки, на закупку сырья и на технологическое перевооружение (что-то в этом роде).

А.В.Старцева: Кредиты направлены на техническое перевооружение.

В.В.Путин: Поэтому давайте мы лучше посмотрим, насколько можно увеличить объёмы этого субсидирования. Такое поручение сформулируем для Минфина, для Министерства промышленности, посмотрим.

Что касается снижения или даже обнуления, ввозных таможенных пошлин на технологическое оборудование, то такая работа у нас уже проводится. Я не помню точно, где-то около 50 позиций уже включено, в том числе там есть позиции, связанные с текстильной промышленностью. Если вы считаете, что этого недостаточно, я, во-первых, могу вам сказать, что этот список открыт. И если, действительно, эксперты Минэкономразвития, Министерства промышленности придут к выводу, что такие-то виды оборудования у нас не производятся и в ближайшее время производиться не будут, мы пойдем на то, чтобы вам помочь поддержать, создать условия для обновления производства.

Сформулируйте, пожалуйста, как можно быстрее ваши предложения по этим ввозным таможенным пошлинам.

А.В.Старцева: Обязательно. Спасибо большое. Я и говорю о том перечне оборудования, на которое уже обнулена таможенная пошлина и которая не имеет аналогов. Просто из-за формального соответствия кодов получается, что под одними и теми же кодами идет импортное отделочное оборудование, не имеющее аналогов в Российской Федерации, и, например, сушильные или гладильные машины для банно-прачечных комбинатов, которые в России, к счастью, не только производятся, но и экспортируются, поэтому именно уточнение кодов.

В.В.Путин: Согласен. Там действительно дьявол, прости Господи, как обычно говорят, в мелочах, поэтому нужно разобраться здесь. Давайте мы постараемся сделать это оперативно.

А.В.Старцева: Спасибо. Нам это очень нужно.

В.В.Путин: А я хочу пожелать вам успехов. Здесь действительно традиционное наше производство, это, безусловно, так. Вообще здорово, что вы восстанавливаете. Хороший проект у вас, замечательный. Можно подумать о том, где и как расширить рынки сбыта, в том числе и при госзакупках. На эту тему можно подумать.

Пожалуйста, Виноградов Алексей Викторович, «Норд Гидро», такая организация есть в Карелии.

А.В.Виноградов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые дама и господа! О малой гидроэнергетике всего словами не скажешь, поэтому хотелось бы попросить вначале обратить внимание на экран. (Идет показ видеоролика.)

Россия действительно страна, обладающая огромным водным ресурсом, в том числе малых рек. Этот потенциал был замечен ещё в советское время, где в 1940–1950-х годах было построено более 6,5 тыс. малых гидроэлектростанций. Правда, большинство из них были разрушены, на сегодня всего несколько десятков работает. Глядя на то, какими огромными темпами развивается сегодня малая гидроэнергетика в Бразилии, Китае, Канаде, во многих европейских странах, акционеры ЗАО «Норд Гидро» решили начать восстановление наиболее эффективных из разрушенных в советское время станций. Что сделано за четыре года? Собрана отличная профессиональная команда, более 70 человек, со средним возрастом работающих около 35 лет. Деньги. В проект вложено более 700 млн рублей. И на сегодня на завершающей стадии находятся переговоры с ВЭБом, обсуждаемая сумма проекта – 2 млрд рублей.

Перспективы. По оценкам «РусГидро», до 2020 года малая гидроэнергетика должна производить порядка 20 млрд кВт/ч в год. На сегодня – менее 1 млрд. «Норд Гидро» планирует выйти на самостоятельную выработку порядка 1 млрд. кВт/ч в год к концу 2020 года, если простым языком – построить 100 станций за 10 лет. Задача очень амбициозная, хотя в советское время строилось больше 200 станций в год, поэтому в принципе она, наверное, выполнима.

Экономика. В изолированных системах себестоимость электроэнергии – 15–30 рублей за 1 кВт/ч. Это для юрлиц, для населения субсидируется, но в любом случае вся нагрузка ложится на регион. Понятно, что при таких условиях развивать инвестиционные проекты или говорить об улучшении уровня жизни населения достаточно сложно. Малая гидроэнергетика в таких случаях готова начать экономить деньги региона начиная с первого года ввода станции в эксплуатацию.

Что касается централизованных систем электроснабжения, то ситуация несколько более сложная. Там требуется дотирование от региона на первые пять-семь лет, которые мы считаем сроком окупаемости станции с момента ввода в эксплуатацию. Но зато на протяжении последующих 70 регионы могут получать безопасную, экологическую, чистую электроэнергию, не зависящую от топливной составляющей, от стабильных источников электроснабжения. Как было сказано, в августе была введена гидроэлектростанция в Республике Карелии (за что спасибо, при поддержке и помощи республики) мощностью 4,8 МВт.

Безусловно, на пути реализации проекта возник ряд трудностей. Первая, которую хотелось бы отметить, – это отсутствие конкурентоспособного российского оборудования, как ни странно. Много где были, много чего видели, много с кем разговаривали. Я сам три года отработал на Ленинградском металлическом заводе по производству турбин, пять лет на Ленинградском электромашиностроительном по производству генераторов. Состояние дел достаточно неплохо себе представляю. Один только пример приведу. Завод «Тяжмаш» (Сызрань, Самарская область). Приезжаем. «Вы кто? “РусГидро”?» Мы говорим: «Нет, мы – “Норд Гидро”». Они говорят: «Ну, значит, у вас нет денег». – «Почему нет? Есть деньги». Они говорят: «Ну сколько станций собираетесь построить?» Мы говорим: «100». – «Ну давайте тогда контракт на 100 заключим и будем разговаривать». Мы говорим: «Ну вы одну сделайте. Мы посмотрим, тогда и заключим». Они говорят: «Ну тогда неинтересно. Через два года где-нибудь приезжайте. Может быть, с вами начнем разговор». Понятно, что при таком подходе достаточно сложно рассчитывать на какое-то эффективное сотрудничество, поэтому пока ведём переговоры с чешскими компаниями по организации совместного сборочного производства на территории Российской Федерации, для того чтобы хотя бы какая-то часть добавочной стоимости оставалась в России. Хотя очень странно, большие турбины мы можем делать эффективно, а малые, получается, вообще не можем. Считаю, ничего сложного в принципе здесь нет: и запроектировать можем, и построить можем, но пока, к сожалению, не хотим.

Второй момент, который хотелось бы отметить. На сегодняшний день мы договорились о правилах работы, окупаемости и условиях с достаточно большим количеством регионов не только в Северо-Западном федеральном округе – с Республикой Карелией, Республикой Коми, Самарской областью, Липецкой областью, Красноярским краем, Ханты-Мансийским автономным округом, Саратовской областью, причём Красноярский край, например, уже сам к нам приехал, а не мы туда ездили. Но наши договоренности на сегодняшний день не закреплены на федеральном уровне. База для этого в законе об электроэнергетике прописана, но ряд нормативных актов, таких как 109-е постановление Правительства об основах ценообразования и 20-я методика ФСТ, еще не содержат необходимых для нас условий работы. Из-за этого, конечно, в регионах возникают сложности с трактованием текущих нормативных актов.

И последнее – просьба. На сегодняшний день официальное открытие приурочено к межрегиональной конференции. Просьба дать команду на пуск станции. Нас видят в прямом эфире сейчас на станции.

В.В.Путин: Неожиданно для меня совершенно. С удовольствием. Начинайте.

А.В.Виноградов: Спасибо.

В.В.Путин: Алексей Викторович уже сказал о планах развития малой энергетики. У нас в рамках водной стратегии «РусГидро» и Министерство энергетики разработали ведомственную программу развития малой энергетики. Там предусматривается не 100, а до 2020 года, по-моему, 700 электростанций, которые будут осваивать малые и средние реки. Это очень хороший рынок, большой. Жаль, конечно, что отечественные производители так реагируют на ваше предложение.

Я попрошу коллег из Министерства энергетики и Министерства промышленности на это посмотреть повнимательнее, но действительно это большая программа, причём она касается и России, она касается и наших коллег из других стран СНГ. Работа может быть очень и очень большая. Без всяких сомнений, это очень важный спектр укрепления энергетической безопасности и энергетической устойчивости страны в целом. Я могу вам пожелать только успехов. И у меня встречная просьба. Вы говорите о том, что есть некоторые вопросы, которые требуют дополнительного административного регулирования и усовершенствования имеющихся уже актов. Вы прямо сформулируйте, что конкретно …

А.В.Виноградов: Я могу сказать, что мы в принципе обсудили уже эти предложения и даже формулировки и с Минэнерго, и с ФСТ, и с Аппаратом Правительства. Принципиальное понимание есть, но без Вашей помощи нам будет тяжело.

В.В.Путин: Вы знаете, нас коллеги слышат, все понимают, но если уж вы всё обсудили и считаете, что есть понимание, я уверен, что движение будет вперед положительное.

Вот руководитель Аппарата Правительства здесь находится. Из Минэнерго у нас есть кто-то? Вы обсуждали эту проблему?

Реплика: Мы обсуждали действительно этот вопрос, и все формулировки есть у меня, в том числе и сейчас на руках, поэтому мы считаем эти вещи правильными, и будем их реализовывать.

В.В.Путин: Что нужно сделать, чтобы довести до конца, устранить эти препятствия, которые существуют?

А.В.Виноградов: Сейчас препятствий как таковых нет. Находится в режиме межведомственного согласования. Думаю, что в короткое время решим этот вопрос.

В.В.Путин: Короткое время это сколько?

А.В.Виноградов: В течение месяца.

В.В.Путин: Короткое. А всего 12 месяцев в году. Ладно, хорошо. Вас устроит?

Реплика: Очень.

В.В.Путин: Спасибо большое. Давайте пойдем дальше. Олькеницкая Светлана Викторовна, проект «Единая семья». Пожалуйста.

С.В.Олькеницкая: Дорогие друзья! Владимир Владимирович!

Сейчас мы с вами сможем посмотреть в глаза детей, которым уже помог этот проект. Давайте сейчас посмотрим наши видеоматериалы.

(Идёт показ видеоролика)

С.В.Олькеницкая: Я представляю этот проект, потому что наша семья является живым примером помощи этого проекта детям, которых мы нашли. У нас крепкая дружная семья. Нас действительно сейчас семь человек: три приёмных дочери, наша дочь и старший сын – бизнесмен-аспирант. Мы, петербуржцы, переехали в город Всеволожск, в родовое гнездо мужа: и Питер рядом, и на земле. У нас в ЛПХ (личное приусадебное хозяйство) – домашняя птица, что приносит определённый доход.

Мы православные верующие, именно это вдохновило нас на этот путь, именно это рождает патриотизм и неравнодушие к будущему России, а будущее России – это наши дети, которых надо воспитать на основании духовно-нравственных ценностей. Без такого основания наш дом может быть на песке. Всё, что я говорю, для нашей семьи – не высокие слова, а наша жизнь, внутренняя и внешняя.

Вступив на этот путь, мы с облегчением узнали, что социальная политика нашей страны направлена на это благое дело. А помочь воплотить это в жизнь помог нам проект: благодаря проекту мы нашли двух наших дочерей, получили необходимую информацию о шагах, прошли школу приёмных родителей в центре «Семья», психологическую оценку, собрали необходимые документы. Детей мы выбирали по видеопаспортам проекта. Первую нашу дочь узнал папа, на вторую откликнулось моё сердце.

Когда я увидела новые видеопаспорта и стала рассказывать своей дочери Серафиме – вот там поступила такая девочка, такая девочка, вот поступила девочка Олеся… И в этот момент я почувствовала, как от сердца к глазам мощной волной стали подступать слёзы. Это было не от сентиментальности, нет, в этот момент наша жизнь была наполнена эмоционально – мы брали первую доченьку Настю. Правильно сказал Сент-Экзюпери: «Самого главного глазами не увидишь, зорко одно лишь сердце». Наша интуиция нас не подвела, и вот уже более года мы вместе. Это наши родные дети.

На этом пути мы столкнулись и с трудностями, мы увидели, что интересы детских домов идут вразрез с социальной политикой нашей страны. Первая девочка была в негосударственном приюте «Детский ковчег» в Рыбацком, который открыто препятствовал. Психолог этого приюта, видимо, работая на администрацию, сказала: «Пусть Настенька остаётся на своём социальном уровне». Мы тогда ещё очень удивлялись и возмущались, и говорили, что руководству нашей страны небезразлично, на каком социальном уровне находятся наши дети, и это нас реально укрепляло на этом пути.

Это был наш первый опыт, мы волновались, переживали, но это были только «цветочки». Когда мы пришли в 19-й коррекционный детский дом Красногвардейского района, на нас повеяло таким леденящим душу формализмом, такой безысходностью – это было горше первого. Нам открыто не препятствовали, но равнодушно, спокойно глумились над нами, не делая ни единого шага навстречу. И невероятными нашими усилиями, усилиями начальницы отдела опеки девочка была вызволена из детского дома. Уже прошли все сроки, установленные законодательством. Как объяснили нам сведущие люди, эти заведения бояться расформирования, бояться потерять финансирование и не хотят менять контингент. А ведь документы имеют определённые сроки, это рождает лишние волнения и переживания.

Третью девочку нам предложила наша Всеволожская опека, зная, что у нас хорошо. И вот что мы обнаружили: Настя и Маша воспитывались в семьях до 4,5 года, но у них уже есть внутри какие-то представления о нравственности, и с ними было гораздо легче. Воспитанница же 19-го детского дома – отказница с рождения, как губка, была напитана порочными навыками. Именно навыками делать за спиной взрослых запрещенное, врать, лезть вперед (везде первой), агрессия к животным, никакого различения добра и зла. Это не её характер, нет, она просто живая девочка. Она рассказывала, что они там этому учатся друг у друга. Девочке грозила коррекционная школа, а она уже бегло читает, пересказывает слово в слово, ещё не пойдя в школу. Это говорит о том, что и комиссии по определению умственного развития там могут быть формальными. Она даже захотела переменить имя: в крещении она Ольга, а попросила звать её Олей и быстро привыкла к этому имени. Она, осознав пагубность лжи, ощутив доверие, которое царит в семье, и любовь, сознательно работает над собой, каждый день проговаривает такие фразы как бы сама себе, осознавая своё счастье всё вновь и вновь: как хорошо в этом домике, как хорошо с мамой и папой, как вкусно (на любое блюдо).

Мы, конечно, всячески стараемся восполнить этим детям детство: читаем хорошие книги, папа рассказывает им сказки собственного сочинения, смотрим познавательные фильмы, человеческие мультфильмы, всячески оберегая детей от пагубного влияния массовой культуры. Когда мы возвращаемся из путешествия (пришлось поддержать отечественный автопром, потому что ни в какие машины мы уже не помещаемся), они очень трогательно поют песню «Как приятно возвращаться под крышу дома своего». Ещё их любимая песня (тоже без всяких прикрас, их можно спросить) – «Зову тебя Россиею, единственной зову».

Мы воочию убедились, что многодетная семья – это благо. Воспитательный процесс не прекращается: если кто-то совершил что-то дурное, остальные единодушны в неприятии плохого, и это, безусловно, воспитывает даже взрослых.

На своём жизненном пути мы встречали выпускников детских домов. Всем известно, как трудно им найти себя в жизни. Ведь, наверное, легче перевоспитывать детей, чем перевоспитывать взрослых (и, наверное, дешевле). Страшно представить, что ожидало бы наших дочерей за порогом взрослой жизни. Они, скорее всего, унаследовали бы судьбы своих матерей, а судьбы у них печальные. И вы знаете, в наших детях живёт постоянная благодарность: благодарность богу, стране за то, что она их не бросила в их беде.

Несмотря на тяготы перевоспитания, на трудности (а когда-то было очень трудно), от их радости наша жизнь наполняется смыслом, яркими красками и праздник взятия детей в семью не кончается. Такой проект, помогающий воплотить социальную политику страны, это и умножение добра в обществе. Наши родственники, знакомые, просто люди и не помышляли ни о каких детях-сиротах, а вот уже стараются какую-то радость, внимание им подарить. А как дети радуются взрослым! Как им нужны свои взрослые, а не казённые, с какой радостью они выходили с нами из казённых стен. А когда мы забирали Настю, Машу и Олю, какие глаза мы видели остающихся там детей!

Конечно, мы встретили на этом пути много тягостных сцен. И жадных детских глаз, с надеждой устремлённых на нас. С надеждой! А как им всё интересно, какое удовольствие они получают от жизни! Хорошо было бы, если бы этот проект «”Единая Россия” – единая семья» работал по всей России. Наши дети благодаря ему получили не просто лучшую жизнь, а жизнь, будущее. И как Вы уже слышали, из 5 тыс. детей в Петербурге половина уже обрели семью, 27 детских домов (а это почти все детские дома) охвачены программой видеопаспортов. Не случайно, наверное, эта программа родилась в Петербурге. Это первая программа в стране. Кто, как ни женщина, мог способствовать развитию таких программ (я имею в виду Валентину Ивановну Матвиенко)?

Инициатор проекта Вадим Альбертович Тюльпанов сказал мне, что этот проект недорогой: он скорее указывает правильный путь обществу. У российского общества есть ещё потенциал и потребность беречь своих детей, подарить им детство, и распространение проекта поможет нам с проблемами, которые мы видели на этом пути: это помощь в том, чтобы детские дома не препятствовали, своим бездействием не нарушали сроки.

Жестокосердие и чёрствость общества. Мы, конечно, столкнулись с вопиющими случаями равнодушия и жестокосердия не только среди тех инстанций, в которые мы приходили, но и среди соседей, например, но это уже тема не одной конференции, как это сделать.

Государство помогает детям в приёмных семьях, выплачивая пособия, около 7 тыс. рублей, и зарплату приёмным родителям, но вот Вы слышали, что 40 тыс. стоит содержание ребёнка в детском доме в месяц. Если бы как-то приёмные семьи, может быть, стимулировать, хорошие семьи не боялись бы делать эти шаги в наше время.

И ещё я бы хотела сказать, что нужно, чтобы обязательно неформальным был подход к подбору семей, куда попадают дети, чтобы смотрели, какая атмосфера царит в семье, есть ли призвание у родителей воспитывать детей, на какие духовные ценности эта семья опирается. Помощь семьям, которые взяли детей, которые, может быть, не имеют опыта в смысле широкого распространения положительного опыта многодетных семей, и упразднение детских домов: Россия без детских домов. Чтобы нам не иметь вот этих потерь, которые несёт наше общество, и чтобы наша «Единая Россия» стала единой семьёй.

Спасибо.

В.В.Путин: У нас действительно происходит процесс увеличения количества детей, которые находят родителей, опекунов, количество детей, остающихся в этих домах ребёнка, уменьшается. Такая тенденция в России имеет место быть, она в последнее время приобретает всё более и более устойчивый характер. Это не может не радовать, это говорит в общем о зрелости общества: оно у нас становится более зрелым, более гуманным.

Конечно, ничто не может заменить семью, никакой детский дом не может это сделать. Там несколько форм существует: приёмная семья, опекунство либо усыновление. При усыновлении ежемесячно не выплачиваются никакие деньги, только есть разовые выплаты. По-моему, там 11 500 рублей. В некоторых регионах Российской Федерации это существенно более серьёзные деньги. По-моему, в Кемеровской области 200 тыс. выплачивают семье, которая усыновляет ребёнка.

Сам процесс, скажем, оформления опекунства, либо усыновления, либо принятия в семью длится примерно в среднем по стране два месяца. Детскому дому отводится две недели на оформление необходимых документов. Детский дом – это не та инстанция, которая занимается оформлением опекунства либо усыновлением. Этим занимаются органы опеки и попечительства. Можно себе представить, могу допустить, что в некоторых детских домах создают специально какие-то искусственные препятствия, но органы опеки и попечительства должны за этим следить строго.

Есть и проблема, о которой Вы сказали: чем больше детей берут, тем больше детских домов закрывается. Но я обращаюсь к руководителям субъектов – это тоже прямая обязанность субъектов: нужно трудоустраивать этих людей. Уже свыше тысячи, по-моему, у нас работает центров реабилитации детей, которые раньше воспитывались в детских домах, и в целом там, действительно, есть хорошие специалисты. Вот то, с чем Вы столкнулись, это, конечно, негативные случаи проявления, но всё-таки в большинстве случаев люди работают очень профессионально и добрые.

Вы знаете, у меня есть пример перед глазами, я уже об этом говорил. Вот один из моих бывших коллег – бывший канцлер ФРГ Г.Шрёдер – усыновил двух российских детей: девочку и мальчика. Он рассказывает о своих впечатлениях, об этих детях. Он говорит: с ними явно работали очень добрые люди. Вот очевидный факт. И вспоминает, когда они пришли в детский дом и когда воспитательница передавала ребёнка. Он говорит: простая женщина, но явно добрый и позитивно заряженный человек, и это чувствуется в детях. Поэтому таких людей, конечно, нельзя терять, их нужно трудоустраивать и для этого не так уж и много нужно сделать, но и это можно сделать.

Что касается расширения этой практики, то у нас существует соответствующая программа и даже сайт работает. Он так, по-моему, и называется: «Усыновите.ru». Есть банк данных, который пополняется постоянно. Я сейчас боюсь ошибиться, но, по-моему, там уже 34,5 тыс. детей, в этом банке данных. Мы будем всячески поддерживать эту работу дальше.

Теперь по поводу финансирования. Да, действительно, в детском доме содержание ребенка стоит примерно около 40 тыс., а опекунским семьям, приёмным семьям платят, по-моему, 6700. Но даже в детских домах на содержание самого ребёнка идёт всего 6500–6600. Всё остальное – это управленческий персонал, коммунальные услуги и т.д. Но на самого ребенка – 6600, а семьям приёмным платят 6700 или 6800.

Я согласен, чтобы стимулировать этот процесс дальше, конечно, нужно подумать над увеличением этой суммы. Мы подумаем об этом. А Вам хочу сказать спасибо, поклониться и пожелать успехов.

С.В.Олькеницкая: Спасибо.

А.А.Сарниц: Владимир Владимирович, я архитектор и дизайнер из Калининграда. В общем, тут очевиден ответ, наверное, и тот же вопрос. Вы сказали, по региону больше 100 тыс. детишек ждут очереди в детский сад. Я не знаю, какой процент этих детишек может оказаться в детских садах. Понятно, что выделяются колоссальные средства на решение проблем детских садов, чтобы их строили, но, по-моему, их надо строить гораздо больше.

Каким образом это делать? У меня такая практика была, мы в своей архитектурной инициативной группе посмотрели, что делается в ближайшей Европе, посмотрели, что делается в Польше, Германии, Австрии. Там, в общем-то, интересная вещь есть. Большинство таких объектов строится в системе модульного строительства: есть заводы, которые выпускают детские сады и, можете представить себе, производство детского сада происходит в 87 дней. Детский сад от заявки до реализации – 87 дней. Сборка фундамента, который существует, заранее подготовленная, – 2 недели. То есть, вот реально смотреть, наверное, это одна из возможных альтернатив детским домам – то есть детские сады, то есть мама и папа работают или мама работает, отдаёт своего ребёнка в детский сад.

Что ещё интересно – я попробовал сделать проект в технологиях модульного строительства. И оказалось, в общем-то, по нашему СанПину всё как полагается. Мы этот проект обсчитали на двух заводах. И самое интересное, что, несмотря на ту колоссальную стоимость доставки – в Калининградскую область, поскольку расстояния-то небольшие (у нас от Калининграда 600 км до Берлина, до Варшавы – 350), сравнительно выгодно привезти детский сад и построить у нас. Но стоимость транспортировки просто бешеная. И тем не менее что можно сделать: купить эти два детских сада (или три), поставить у нас в области, чтобы это было собрано по нашим СанПинам, по всем пожарным нормам, по всем сертификатам, обкатать его в течение ближайшего времени.

И наверняка было бы правильно наладить производство, потому что это сравнимо с производством автомобилей. Научились же выпускать высококачественную технику. На заводах по производству автомобилей говорят, что у нас в области даже лучше, чем в Германии, собирают. Детские сады, которые собирают на этих заводах (я там был, посмотрел), это в общем-то, не очень сложное производство. И, на мой взгляд, мы вполне смогли бы это осилить. И что самое интересное, что на этом примере мы могли бы продемонстрировать вот эти три эффективных фактора экономического проекта, то есть сроки, цена и качество. Сроки – понятно. Представляете, можно выпускать два детских сада в месяц, работая в нормальном режиме, а если сделать более эффективное производство, то получится ещё дополнительный детский сад. Качество продукции, качество конвейерного производства, то есть отработаем качественный проект, будем знать досконально, что, где, почём, сколько. И, разумеется, сметная стоимость, то есть тут уже не будет каких-то непонятных случаев, настройки, почему дождь пошёл или что-то случилось. Приезжает бригада и монтирует детский сад на готовый фундамент.

Ещё есть одна интересная вещь: эти детские сады можно пристраивать к школам. Например, поляки показывали мне два варианта таких детских садов, которые пристроены к школе, то есть это экономия на сетях, экономия на кухне, экономия на охране и т.д.

На мой взгляд, есть потенциал в этой интересной программе. И если получится у нас, наверняка можно использовать наш опыт и в других областях. И программа большого строительства (500 детских садов) – например «Детские сады России»… Мне кажется, что это имеет смысл обсудить и послушать, тем более что на вчерашнем заседании я об этом докладывал, и очень многие подходили и говорили, что это им интересно. Такие аналогичные производства у нас есть, но такого модульного, как в Германии или в Польше, ещё нет. Я изучал, в общем, там очень хорошего уровня система вентиляции и система энергосбережения, система эксплуатирования. Получается так, что детские сады, которые я видел, очень экономичны в эксплуатации.

В.В.Путин: Вы знаете, я полностью с этим согласен. У нас есть такой опыт при строительстве высокотехнологичных медицинских центров. Это модульный принцип.

А.А.Сарниц: У нас в области такое сделано, и это меня натолкнуло на эту идею, потому что собрали его буквально за месяц.

В.В.Путин: Главное – подготовить инфраструктуру и нулевой цикл сделать, а собирают само здание очень быстро. И по самым строгим требованиям всё можно сделать. То же самое применимо наверняка и к детским садам. Мы в прошлом году, по-моему, создали конкурсную комиссию и провели конкурс по отбору проектов по типовым детским садам. В январе этого года подвели итоги. Комиссия с привлечением архитектурной общественности, различных общественных организаций, правительственных структур отобрала где-то 40 проектов, но в конечном итоге всё-таки эти проекты должны осуществляться в регионах. Мы с уровня Правительства России – я уже говорил об этом в своём выступлении – дополнительно выделяем на эти цели средства в размере 9 млрд рублей. В качестве субсидий будем направлять регионам. Губернатор Калининградской области здесь?

Н.Н.Цуканов: Да.

В.В.Путин: Вы посмотрите, это может быть очень хорошим, эффективным проектом и достаточно экономичным, что называется конкурентоспособным. Поговорите. Вам что-то досталось из этих 9 млрд, о которых я говорил?

Н.Н.Цуканов: Теперь я уже уверен, что достанется.

В.В.Путин: Хорошо.

А.А.Сарниц: Может, всё-таки объявим и начнём строительство такого детского сада в ближайшее время? И тогда посмотрим, насколько это реально.

Н.Н.Цуканов: Начнём в этом году, Владимир Владимирович, строительство двух детских садов.

А.А.Сарниц: Вот это другое дело!

В.В.Путин: Договорились. Молодцы! Раз, и уже решили. Уже не зря мы с вами собрались сегодня здесь. Спасибо. Пойдём дальше. Анатолий Юрьевич Чуриков, проект «Молодые ученые». Пожалуйста.

А.Ю.Чуриков: Добрый день, Владимир Владимирович! Я предлагаю начать разговор о проекте с очень позитивного ролика о том, каким должен быть в перспективе день молодого учёного. Давайте посмотрим.

(Идёт показ видеоролика). Владимир Владимирович, я считаю, что именно к такому образу молодых учёных, для которых были созданы условия для нормальной работы, нормальной жизни, нам в первую очередь необходимо стремиться, к реализации любой программы, которая направлена на инновационное развитие нашей страны. В этом я полностью уверен. Но, я думаю, что все собравшиеся здесь, в зале, понимают, что, к сожалению, текущая картинка достаточно далека от той, которая была показана. Занятие наукой, разработка новой технологии в данный момент многими молодыми людьми воспринимается более как некая форма меценатства, чем способ реализовать себя и свой потенциал.

Причин этому много. Можно говорить, конечно, о мизерной зарплате, которая не даёт возможности сосредоточиться исключительно на разработке. Можно говорить о социальной незащищённости молодых учёных. В первую очередь это касается, конечно же, жилья и многих других проблем. Но, пожалуй, я скажу сегодня о некоторых положительных моментах и о том, как это можно улучшить.

Знаете, несмотря на эти проблемы, имеется достаточно большое число положительных примеров того, как молодые ребята, молодые учёные, действительно реализуют проекты. Да, проблемы есть, но им удаётся создать прототипы. Но довести разработку до конца, до коммерческого состояния в данный момент удаётся лишь единицам и то если очень сильно повезёт и если будет какое-то стечение обстоятельств и т.д. Просто нет системы, которая может взять любую разработку и довести её до коммерческого состояния.

Я приведу свой пример. Наша команда уже на протяжении трёх лет занимается исследованиями в области сенсорных экранов, то есть таких экранов, к которым мы можем прикоснуться, и система распознает, что мы прикоснулись к этой точке. Это очень перспективное направление. Мы три года занимались разработкой. И в прошлом году, к концу прошлого года, нам удалось создать технологию, которая по многим характеристикам, по большинству характеристик превосходила наших ближайших конкурентов, в том числе и с Запада. Мы получили патент на эту технологию. Мы создали малое инновационное предприятие по 217-му федеральному закону, и мы были готовы к производству.

В.В.Путин: При университете, да?

А.Ю.Чуриков: Да, при университете. Это было одно из первых малых предприятий при университете, создано именно нами. Казалось бы, всё хорошо, сейчас мы уже можем начинать производить эти панели, и мы можем стать успешным примером таких ребят, которые смогли реализовать себя, но, к сожалению, не сложилось. А не сложилось во многом по той причине, что буквально через месяц наши западные конкуренты представили разработку, которая наголову уже превосходит то, что мы представили сами. И мы на протяжении года уже ничем не можем ответить. И причина, на самом деле, не в том, что у нас нет идей (как раз, наоборот, идей полно), не было технологической базы, на основе которой можно было бы создать разработки. Ведь я думаю, Вы согласитесь, что на технологической базе, исследовательской базе позавчерашнего дня нельзя сделать разработок будущего.

За то, что в данный момент у нас создан Балтийский федеральный университет, была сформирована программа развития федерального университета, огромное Вам спасибо. У нас появилась сейчас возможность – только сейчас, через год – сделать продукт, который может стать конкурентоспособным, и мы это сделаем. Проблема на данный момент возникла следующая: это форма взаимодействия малых предприятий с университетами. Как Вы знаете, до недавнего времени в 217-м законе, на базе которого и создаются предприятия при университете, не был прописан вопрос аренды. Вопрос аренды решился только сейчас, в новых поправках. Но, Владимир Владимирович, надо понимать, что большинство таких малых предприятий создают в первую очередь такие же молодые учёные, как мы, которые во время обучения в университете сделали что-то и захотели заработать на этом, захотели сделать продукт. Как раз они создают такие предприятия. Получается такая ситуация: для того, чтобы пользоваться тем же самым оборудованием, для того, чтобы довести этот продукт до коммерческого состояния, необходимо платить деньги. Откуда молодым учёным взять деньги на то, чтобы просто продолжить работать и развивать ту самую идею, за которую они болеют, которой они живут? Мы очень хотели бы, чтобы этот вопрос был решён в кратчайшие сроки, потому что в данный момент даже месяц промедления – это очень критично, именно в области высоких технологий.

В.В.Путин: Анатолий Юрьевич, какой вопрос нужно решить? Вы сформулируйте.

А.Ю.Чуриков: Вопрос в субсидировании аренды малыми предприятиями оборудования при университетах. При условии, что субсидированное оборудование используется для доработки той технологии, для разработки которой было создано данное предприятие, потому что на самом деле непонятно, откуда доставать средства для доработки данной технологии, чтобы вывести её на рынок. Это очень тяжело. Это один из главных вопросов, который касается 217-го закона.

В.В.Путин: Я должен понять: вот есть высшее учебное заведение, есть оборудование, создали коммерческое предприятие при этом университете. Помещение и оборудование вы берёте в аренду?

А.Ю.Чуриков: Мы берём в аренду, для того чтобы довести ту самую технологию, которую мы начали разрабатывать при университете, до коммерческого состояния. Это мы сами её сделали. Мы же авторы, мы же разработчики, и мы просто хотим довести идею, довести эту технологию до коммерческого состояния. Нужно оборудование, нужно получить …

В.В.Путин: Вот смотрите: вот федеральный университет, вы берёте в аренду оборудование и помещение. Так? Это федеральное учреждение. Они сдают вам это всё в аренду. Вы говорите: субсидировать. Значит, мы из федерального бюджета должны будем дать ещё деньги, если это субсидирование, своему высшему учебному заведению, чтобы он с вас не драл большую аренду. А может быть просто легче им не драть эту большую аренду? И всё.

А.Ю.Чуриков: А может просто, Владимир Владимирович, может и не субсидировать, а действительно предусмотреть возможность нулевой бесплатной аренды как раз для развития тех самых технологий, на базе которых и были созданы эти предприятия. Мне кажется, сейчас мы на правильном пути, потому что, смотрите, идея в чём? Малое предприятие само не получает полное право на эту технологию (право на эту технологию остаётся за университетом), и оно отдаёт те самые 30% (минимум 30%) университету за то, чтобы можно было пользоваться этой технологией. И необходимо ещё фактически платить, согласно новым поправкам в законе, деньги тому же университету, чтобы доработать его же технологию, а не свою, чтобы потом её как-то вывести. Мы и так отдаём именно 30% – это достаточно весомая доля в данных предприятиях. И на самом деле это нелогично – ещё раз платить университетам за то, что мы дорабатываем технологию, которая нам фактически не принадлежит, которая нам дана в исключительное пользование в данном случае. Я считаю, что это неправильно.

В.В.Путин: А собственность на ваше изобретение остаётся за высшим учебным заведением?

А.Ю.Чуриков: Да, это закон, это по закону. Как раз это накладывает ещё некоторые дополнительные проблемы. Например, если создаётся малое предприятие и большинство из специалистов, которые создали это предприятие, являются специалистами в определённой области – например, медики, медики-биологи, они могут довести эту разработку до конца именно со своей точки зрения. А если, например, мы хотим сделать некий медицинский аппарат, то необходимо привлекать ещё специалистов из других областей – например, микроэлектроники. И в данный момент возникают проблемы с привлечением внешней структуры, такого же, например, малого предприятия, созданного при том же самом университете, чтобы они помогли наработать эту технологию. Нельзя это делать по той причине, что технология эта не принадлежит малому предприятию, нужно просто предусмотреть возможность участия нескольких фирм, нескольких юридических лиц для доведения этой технологии до ума.

Если смотреть глобально, данная проблема очень мешает коммерциализировать разработки, если потом мы хотим… Например, команда этих биологов, этих медиков решила пойти в какой-нибудь технополис, который, кстати, у нас есть в Калининградской области, – успешный проект технополиса «Гусево». Если они хотят идти в этот технополис, то им не позволяет это делать закон по той причине, что они не могут раскрыть идею этой технологии. Они не могут выстроить нормальные взаимоотношения, а мы понимаем, что можно коммерциализировать такие разработки только в том случае, когда у нас будет три звена в цепи: с одной стороны это университеты, которые имеют научно-исследовательскую базу, это предприятия, на базе которых можно уже производить эти вещи, и это люди, которые остались и которые считают, что необходимо вести разработки у нас в стране. И проблема как раз во взаимоотношениях между этими тремя силами.

Мы проделали огромный путь, мы создали Федеральный университет в нашей области, у нас есть технополис, у нас есть молодые ребята, у нас есть всё. У нас нет фактически такой программы, которая бы могла связать эти три составляющие вместе. И в данном случае нельзя медлить при реализации этой программы, потому что от этого зависит будущее. Если мы теряем месяц… Как раз в области высоких технологий месяц – это очень большое время.

В.В.Путин: Спасибо большое. Коллега хотел что-то сказать. Пожалуйста.

Реплика: Уважаемый Владимир Владимирович, я как раз хотел вернуться к началу ролика. Просто я действительно являюсь представителем того проекта, о котором шла речь в фильме. Действительно есть проблема для молодых учёных, на наш взгляд, которая сейчас заключается в том, что они, изобретая опытные образцы, сталкиваются с проблемой неумения или невозможности довести этот проект до серийного производства. Они хотели бы создавать малые инновационные предприятия (то, о чём Вы сегодня говорили: 10% по северо-западу). На наш взгляд, отсутствие этой возможности связано в том числе с тем, что не существует системы, о которой говорит Анатолий, которая бы сформировала на сегодняшний день взаимосвязь между бизнесом, образованием и, собственно, учёным.

В частности, по данному проекту могу сказать, что на базе нашего технополиса (где уже существует четыре действующих предприятия, в том числе крупнейший в Восточной Европе кластер радиоэлектронной промышленности), следующим этапом мы для себя определяем развитие социальной инфраструктуры для молодых специалистов, чтобы эти молодые специалисты (как в Силиконовой долине, где развивался этот проект, как частный), могли бы иметь достойное, комфортное жильё, могли бы иметь конкурентоспособную зарплату, и, самое главное, чтобы эти специалисты разрабатывали бы отечественные технологии, которые бы применялись именно в отечественном производстве. Это бы и Россию двигало на мировом рынке (микроэлектроники в частности), и давало бы перспективы, в частности, Калининградскому региону, который я представляю, становиться новым полюсом инновационного развития не только России, но и всего мира, потому что сейчас Калининградская область, в частности на наш взгляд, является потенциальной площадкой мирового уровня по экспортно-ориентированному производству.

Идея технополисов.  Вы говорили сегодня о различных формах частно-государственного партнёрства, говорили о том, что нужно развивать разные формы. Вот одной из наших идей является предложение по участию государства в проектах именно, скажем так, федерально-регионального софинансирования и с участием бизнеса. Тогда бизнес, успешный бизнес, начинает реализовывать социальную составляющую. В частности, у нас 50 га земли предполагается отдать: 25 га уже отдано под промышленное предприятие, ещё 25 га  – под новые предприятия, в том числе под новейший Центр микроэлектроники. И 150 га мы планируем отдать под развитие социальной инфраструктуры, где были бы детские площадки, оздоровительные центры, спортивные сооружения, другие объекты социальной инфраструктуры, чтобы такие молодые ученые не уезжали за границу, а оставались здесь и имели возможность в этом «бульоне» креативном создавать какие-то новые вещи. Мы готовы помогать таким специалистам, но мы говорим о том, что когда бизнес начинает реализовывать крупные социальные инфраструктурные проекты вне промышленных зон, то здесь уже суммы другие, которые, может быть, на региональном уровне областной бюджет не в состоянии поднять. И здесь бизнес нуждается именно в этой поддержке. Спасибо.

В.В.Путин: Ещё что-то хотели сказать? По этой же теме, нет? Тогда мы закончим с этой. По поводу аренды. Существует в целом и так, в соответствии с действующими правилами, градация льгот: в первый год арендуемое оборудование и помещение, по-моему, это 40% от общей стоимости, через год – это 60%, ещё через год – 80% и только на четвёртый год – 100-процентная оплата. В целом я не помню, 40% у нас где-то прописано? Можно понизить.

А.Ю.Чуриков: В проекте они прописаны.

В.В.Путин: Можно понизить: с 40% уйти, не знаю, до 10%, но совсем по нулям, мне кажется, тоже нельзя. Это ведь не фундаментальная наука, это же всё-таки бизнес-проект, у вас коммерческое предприятие, которое должно что-то приносить, можно и кредит взять какой-то и т.д. Но верхнюю планку даже льготной аренды, конечно, можно понизить. Давайте мы это обсудим. Я попрошу наших коллег в министерствах экономического развития, финансов, экспертов Минобрнауки подумать и внести коррективы. Это мы можем сделать.

Что касается обеспечения рынка и выстраивания отношений между бизнесом, высшей школой, инновационными предприятиями при высшей школе. У нас целый проект ведь есть. Не помню, боюсь ошибиться, там от 19 или даже 50 млрд мы предусмотрели денег, которые должны и могут направляться в бизнес-структуры, которые в свою очередь формулируют заказ в этих инновационных предприятиях и вкладывают свои 50%, а потом должны вывести этот продукт на рынок. У нас такой механизм есть и деньги предусмотрены. Они, кстати, не востребованы целиком. Мы какие-то средства направляем, но нам нужна инициатива от вас – от этих инновационных предприятий, от бизнеса. Деньги есть, в бюджете заложены. Воспользуйтесь этим механизмом.

Но есть ещё третий аспект, о котором Вы упомянули, – это возможность взаимодействия с другими инновационными предприятиями. Если вы видите, что там существуют какие-то препятствия, давайте их устраним. Только нужно, чтобы мы поняли, о чём идет речь. Вы их прямо чётко сформулируйте: это, это и это мешает. Я вам обещаю: мы самым активным образом поработаем и постараемся всё вычистить там.

А.Ю.Чуриков: Огромное спасибо.

В.В.Путин: Успехов! Спасибо большое. Константин Эдуардович Добрынин, пожалуйста. Проект «Строительство нового производства офисной бумаги». Прошу вас.

К.Э.Добрынин: Уважаемые коллеги! Владимир Владимирович!

Разрешите представить Вам наш ролик, там играет только один актёр, а все остальные люди играют сами себя.

(Идёт показ видеоролика)

К.Э.Добрынин: Уважаемые коллеги! Разрешите представить вам первое в России производство мелованной бумаги и новое производство офисной бумаги в городе Коряжме Архангельской области. Проект создается группой «Илим» в рамках разработанной Правительством России общенациональной стратегии по глубокой переработке древесины. Прямые инвестиции в проект составляют 270 млн долларов. И особенно хочется отметить, что ни копейки государственных денег из казны не потрачено, это 100-процентные частные инвестиции.

Общий объём производства составит 150 тыс. т офисной бумаги и 70 тыс. т мелованной бумаги в год. Чтобы было понятно, это порядка 25% всего российского спроса. Обеспечивать этот спрос будет наше архангельское предприятие. Аналогов ему в России нет. Строительство уже началось. Всё необходимое оборудование мы закупили в Шотландии, Норвегии, доставили к нам в Коряжму, и оно готово к монтажу.

Теперь о том, что же даст предприятие Коряжме, комбинату, Архангельской области и России. Мы закладывали в фундамент нашего проекта три базовых элемента. Первый – государственный. Мелованная бумага сегодня – это практически все книги высокого качества, все учебники, журналы, ещё огромное количество другой печатной продукции. На неё постоянно растёт спрос. В России она не производится вообще, от первого до последнего листа импортируется из западных стран – из Финляндии, Швеции и даже Кореи. Это дорого, это непрактично, да и просто нелепо, имея на своей территории до четверти лесных запасов планеты. И я уверен, что уже в ближайшее время нашим западным конкурентам, коллегам придётся как минимум потесниться, потому что уже на первоначальном этапе мы превзойдём объём выпуска советских времен в 2,5 раза, а в дальнейшем мы стремимся к полному замещению импорта. А если говорить о сверхзадаче, то в какой-то момент мы вообще, я думаю, не будем продавать целлюлозу на Запад, мы будем полностью перерабатывать её в бумагу, а вот с бумагой мы придём уже на Запад к нашим коллегам и продадим им нашу русскую бумагу.

Второй аспект – социальный. Дело в том, что мы создаём рабочие места, мы сделаем порядка 382 рабочих мест на новом предприятии. Для города Коряжмы это существенная цифра, тем более мы сможем решить ещё одну важную социальную проблему, которая, к сожалению, стоит сейчас в нашей области: мы сократим отток талантливой и образованной молодёжи из города.

Третий элемент – это экология. Наше производство – это тот самый редкий случай, когда можно сказать, что возможный ущерб окружающей среде сведён к нулю: на нём отсутствуют загрязняющие воздух, воду и почву отходы.

В.В.Путин: То есть это не вонючее производство?

К.Э.Добрынин: Вот это –  не вонючее.

В.В.Путин: Хорошо.

К.Э.Добрынин: На сегодняшний день это самые современные технологии, которые существуют в целлюлозно-бумажной промышленности в мире. Это вершина глубокой переработки древесины, глубже сейчас, вот поверьте, не бывает. Если образно сказать: то, что мы сейчас делаем в Коряжме, – это революция в российской бумажной промышленности, потому что впервые за весь постсоветский период мы создаём наше российское производство мелованной бумаги. И мне кажется, такие научно-технические революции нашей стране сейчас нужны.

Если говорить о каких-то проблемах, то, честно говоря, особых проблем нет, хотя потенциально одна небольшая проблемка появляется. Дело в том, что в планах Правительства России существует понижение таможенной пошлины для импорт ров западных в 3 раза. Сейчас рынок на 100% западный. Мы только-только на него входим. Понятно, что теперь мы будем входить с такой троекратной поморской энергией, но всё-таки, мне кажется, какое-то противоречие в этом есть. В любом случае спасибо за внимание. У меня всё.

В.В.Путин: По этой теме, да? Пожалуйста.

Реплика: По этой, да. Вы сказали, водичка останется чистой. Мы так понимаем, у вас, видимо, замкнутый цикл. Можно ли то же самое сделать на Байкале? Спасибо.

К.Э.Добрынин: На Байкале не производится мелованная бумага.

В.В.Путин: Там целлюлоза производится.

К.Э.Добрынин: Да, там целлюлоза. Мелованная бумага, чтобы было понятно, – это вершина ЦБП, то есть, чтобы сравнивать, это как «Мерседес» сделать, вот это мелованная бумага. Там, на Байкале, к сожалению… Мы вообще в этом смысле первые в России. И, возможно, это будет неплохой пример для всех остальных представителей ЦБП, чтобы они последовали нашему примеру и тоже начали производить мелованную бумагу.

В.В.Путин: Новые технологии должны применять везде, в том числе и на Байкальском ЦБК. Есть проблема, которую мы с вами не должны забывать. У нас есть определённые запасы целлюлозы. Как это не покажется неожиданным и странным, этот материал нужен и в ракетной промышленности. И такие горячие головы, которые хотят всё немедленно поменять (а менять надо, безусловно!), говорят, что мы будем закупать этот материал за границей. Для ракетной промышленности за границей нам никто ничего не продаст – это просто надо понимать. Это совсем не значит, что не нужно решать проблему ЦБП. Надо, безусловно. Их, может, перепрофилировать надо, но надо комплексно на всю проблему посмотреть и решать ее комплексно. Правда, тянется решение очень давно – десятилетиями. Это тоже правда, но забывать про это не будем. Обязательно будем двигаться в этом направлении. Вы на эту же тему хотели? Пожалуйста.

И.А.Евтушенко: Хотелось бы поднять вопрос о нелегальной вырубке лесов. К сожалению, на сегодняшний день данная тема остаётся актуальной. Скажу более, российские браконьеры, для того чтобы скрыть последствия своих деяний, поджигают лес. И тем самым получается, часто у нас и леса горят, и проблемы возникают. Очень бы хотелось понять, Владимир Владимирович, вот эта ситуация разрешима ли и какие способы решения Вы видите?

В.В.Путин: Хорошо. Кто-то ещё хотел на эту тему высказаться? Нет? Ну если позволите, я начну с того, чем коллега закончил, – это ввозные таможенные пошлины на мелованную бумагу и некоторые другие виды: картон, по-моему, и ещё что-то. Это решение о снижении ввозной таможенной пошлины не готовится, а оно уже принято (оно и раньше принималось, мы сейчас продлили на год в рамках Таможенного союза), а такие вопросы мы теперь должны согласовывать с Казахстаном и Белоруссией в рамках Таможенного союза. И связано это с тем, что в наших странах такой вид продукции просто не производится (и вы об этом сами сказали), а потребность существует у типографий и т.д.

Сегодняшняя ставка, по-моему, 5%. С учётом того, что вы планируете, я думаю, что мы вполне сможем договориться. И с нашими казахстанскими, и с белорусскими коллегами мы будем действовать в направлении возврата к первоначальной ставке ввозной таможенной пошлины на эту продукцию. Первоначальная ставка была 15%. Вот туда и будем двигаться по мере ввода вашего предприятия в строй и роста объёмов выпускаемой продукции. Это первое.

К.Э.Добрынин: Спасибо. У меня буквально есть пара слов. Дело в том, что позавчера был день рождения Котласского ЦБК: ему исполнилось 50 лет. Я считаю, что это гордость и советской, и российской лесохимии. Если можно, поздравьте, пожалуйста, наш трудовой коллектив.

В.В.Путин: Поздравляю и желаю успехов!

К.Э.Добрынин: Спасибо.

В.В.Путин: Теперь по поводу незаконной вырубки лесов. И вот эта цепочка: незаконная вырубка, а потом с целью сокрытия незаконной вырубки поджог. К сожалению, такая криминальная практика распространена, и не только на северо-западе, но и в других регионах – и в Сибири, и на Дальнем Востоке. Нужно улучшать или вводить даже регулирование. У нас сегодня государственного регулирования практически нет.

Вот европейцы сейчас создают так называемый европейский реестр и, по сути, вводят в Европе госрегулирование. Видимо, и нам придётся вырабатывать соответствующие правила. Сегодня для того, чтобы реализовать кругляк, нужно только один документ – это фитосанитарный сертификат. Всё. Здесь нужно вводить эти новые нормы, их вырабатывать. Мы где-то от госрегулирования отказываемся, но с учётом того, что происходит в жизни, в реалиях, здесь нужно будет, видимо, пересматривать формы, способы регулирования. Первое. И второе, что можно и нужно сделать, – это наладить контроль за перемещением товара.

В первом случае мы наладим контроль за реализацией товара, если будем вводить регулирование, а во втором случае – за перемещением. Нужно наладить контроль за перемещением этих грузов, с тем чтобы контролирующие инстанции могли бы точно и ясно установить происхождение этой древесины. Вот по этим двум направлениям будем действовать, и, надеюсь, результат будет, хотя это непростой процесс. Деньги реальные там крутят, и, к сожалению, коррумпированность этой сферы очень высокая. Она охватывает, к сожалению, и региональные органы власти и управления, и правоохранительные службы. Будем работать. Повторяю, будем вводить и вот эти новые формы регулирования. Спасибо.

Пожалуйста, Израйлит Валерий Соломонович, Компания «Усть-Луга».

В.С.Израйлит: Добрый день, уважаемые коллеги! Владимир Владимирович, Вы неоднократно совершали рабочие визиты в порт Усть-Луга, видели строящийся порт, разные стадии его развития. Я хотел бы представить видеоотчёт о проделанной работе и немного поговорить о перспективах развития.

В.В.Путин: Пожалуйста.

(Идёт показ видеоролика)

В.С.Израйлит: Спасибо за внимание не столько к этому фильму, а за внимание к проекту. Я, пользуясь случаем, Владимир Владимирович, хотел бы поблагодарить Вас лично и тех людей, которые присутствуют в этом зале, которые помогали и помогают развитию этого проекта.

Сегодня можно сказать, что порт состоялся. Да, он ещё будет какое-то время строиться, развиваться, будет встречать трудности на своём пути, но можно сказать, что главная задача, которая стояла, – решение проблемы транспортной безопасности страны – сегодня решена. И мы, конечно, хотели бы видеть большее развитие потенциала территории, которая сегодня не застроена, вокруг порта.

В 2008 году на выездном совещании в Усть-Луге Вы давали поручение о разработке концепции комплексного развития территорий. Эта работа выполнена вместе с привлечением международных консультантов, имеющих большой опыт развития подобных проектов во всем мире. Были применены лучшие мировые практики, которые позволяют найти баланс между социально-экономическим развитием и комфортным проживанием людей. Этот проект мы представили на обсуждение в правительство Ленинградской области, он получил одобрение. Также проект рассматривался в Минрегионразвития, также получил одобрение.

Сегодня мы представляем этот проект и хотели бы сказать о его сущностном наполнении, исходя из наличия достаточно развитой инженерно-транспортной инфраструктуры, наличия трубопроводного транспорта, близости рынков потребления будущих товаров – это и Европа, и внутренний рынок, прежде всего Северо-Западный регион. За счёт макроэкономического, многоуровневого анализа мы пришли к выводу вместе с консультантами, что это наиболее удачная площадка для реализации тех планов, о которых Вы и сегодня говорили, я имею в виду глубокую переработку углеводородов.

По нашему глубокому убеждению, здесь может быть расположен, как якорный проект, газохимический комплекс. Вы знаете, что сегодня при продаже газа он продаётся вместе с неразделённым этаном. Практически все страны используют это преимущество, разделяют, и это хорошее сырьё для газохимической отрасли – это полимеры, полистиролы и так далее.

На наш взгляд, также якорным проектом может являться строительство новейшего МПЗ с высокой глубиной переработки, учитывая, как Вы сегодня отметили уже практически завершившееся строительство БТС-2 для транспортировки нефти. Предполагаемое развитие этих двух якорных проектов позволит сформировать крупнейший на Северо-Западе газонефтехимический кластер, который бы соответствовал стратегии развития газохимической отрасли, утверждённой Правительством до 2030 года.

Наличие вот этих двух предприятий в зоне позволит создать более глубокие переделы. И это потянет за собой ещё порядка 40 предприятий нефтехимической отрасли. Мы сможем создать там совершенно прорывные технологии новейшего поколения. Это промышленная индустриальная зона – 17 тыс. новых рабочих мест, это, собственно говоря, новые люди, новое образование, новые технологии. Это и есть инновация, о которой много говорится. Всё это в целом – и строящийся порт, и индустриальная зона – может стать мощнейшим драйвером развития других кластеров для создания именно такого комплексного развития всей территории. Мы имеем в виду прежде всего селитебный кластер, строительство нового города. Практически страна не строила новых городов, и здесь можно заложить очень правильные, комфортные для будущих работников порты и зоны проживания, что на самом деле очень важно. Общее комплексное развитие территории мы предусматриваем на принципах устойчивого развития, что даст, с одной стороны, возможности развития промышленности, агропромышленного кластера, с другой стороны – комфортного проживания людей.

Есть при этом, безусловно, проблематика: такой проект по масштабности – это вызов, огромный проект с решением сложных технологических, технических проектов, но и с большой социально-экономической отдачей. Кроме рабочих мест это практически 20% новых налогов – поступлений в региональный бюджет, 20% нового валового регионального продукта.

Здесь необходимо учитывать различные аспекты государственной поддержки этого проекта. Вчера в рамках работы конференции я был модератором круглого стола «Инфраструктура и строительство». Вы знаете, я думал, что та проблематика, которая есть по Усть-Луге, существует специфически только для нас. На самом деле практически все крупные проекты, которые были вчера представлены и по Санкт-Петербургу, и по морскому транспортному узлу, имеют схожие проблемы.

Я уже 12 лет в проекте «Усть-Луга», он начинался очень сложно. В 1999 году не было денег, не было уверенности, и самое главное – не было законодательства для реализации таких проектов. Мы делали его, что называется, как «сшивали одеяло». Был государственный контракт с Министерством транспорта, в развитие его мы подписали соглашение с правительством Ленинградской области, с «Российскими железными дорогами», с Росимуществом и создали некий инструмент, некий прототип государственно-частного партнёрства. Это волнует многих.

Действительно, Вы правильно сказали, что в регионах есть различные формы, уже успешно отработанные, взаимоотношений между государством и частным бизнесом, с одной стороны. Но всё-таки, на наш взгляд, очень важно доработать и принять закон о государственно-частном партнёрстве: отдельные его элементы уже существуют – это концессия. Может быть, есть там вопросы к этой программе, не все довольны, даже мы 10 лет в отрасли ждали закон о морских портах. Не могу назвать его удачным, но всё-таки это закон. Я считаю, что правовое поле, законодательная база дадут нам возможность для развития таких проектов. Да, безусловно, необходимо будет их ещё больше дорабатывать, разбираться в них, под каждый проект или, может быть, группу проектов выносить постановления Правительства в развитие, но всё-таки законодательная база должна существовать.

Если мы ведём речь о приоритетных инвестиционных проектах, в принципе 39-й федеральный закон очень хорошо их развивает. Недавно Вами подписано постановление о приоритетных инвестиционных проектах. Может быть, здесь немного развить тему.

Я бы попросил с учётом того, что пока этот инструментарий не работает – и не работает в полной мере с учётом того, что не существует закон о государственно-частном партнёрстве, – просил бы, может быть, создать рабочую группу (не знаю, может быть, при Минрегионразвития) и включить наших специалистов, имеющих достаточно большой опыт и по первому проекту. Всё-таки мы были пионерами, и этот проект – и первый, и, может быть, самый успешный пример государственно-частного партнёрства. Я думаю, что такая совместная работа была бы очень полезна.

Вторая проблематика – это проблема, связанная с землёй. С землёй у нас: как давным-давно был принят первый декрет о земле – так вот у нас всегда по земле есть какие-то сложности. Нет на сегодня механизмов получения земельного участка под комплексные проекты. Есть под точечные, под проекты жилищного строительства, но под комплексные проекты развития территорий механизмов получения земельных участков не существует.

Я могу глубоко уйти в подробности, но нет смысла. Их нет. Вот этот важный вопрос, который характерен для всех проектов, не только для Усть-Луги, для всех: концессионных соглашений по Санкт-Петербургу, по транспортным узлам, как я уже говорил, и так далее, при строительстве новых автомобильных дорог, железных дорог. Земельные вопросы очень сложные и требуют отдельного регулирования.

Я бы хотел получить Вашу поддержку по разработке, совершенствованию механизмов государственной поддержки в части вот этих двух задач. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо.

Проекты подобного рода крайне нужны стране. Действительно, у Вас в ролике это было. После распада Советского Союза у нас не осталось глубоководных портов на северо-западе, в Прибалтике. Советский Союз вложил когда-то очень большие деньги в портовые сооружения в Прибалтике: в Эстонии (Новоталлинский порт), Литве, Латвии, а в Петербурге он не развивался практически, этот кластер. У нас, как в советское время было, по-моему, 20 млн т перевалки, или до 35, а потом упало вообще и держалось на таком уровне.

И надо сказать, что это очень конкурентная среда, очень сложно решались вопросы со строительством портов в Приморске: несмотря на многочисленные поручения, ничего не делалось. Там у нас до скандалов доходило на совещаниях. Мне как-то однажды пришлось сказать, что это явный саботаж и саботажники сидят в этом зале. Как-то потом быстро начали работать, и с нуля в Приморске построили. Я сейчас не помню, где-то там, по-моему, перевалка 70 млн т.

В.С.Израйлит: Да, где-то под 80.

В.В.Путин: Под 80 млн т – с нуля. Были разные страхи по поводу экологии. Всё сделали по самым высоким международным стандартам. Здесь и ледовая обстановка, а на юге у нас, в Новороссийске, суда неделями на демередже стоят. Там, особенно осенью, погода довольно тяжёлая для судоходства, а здесь, если лёд тонкий, работа малых ледоходов получается достаточно экономичной. Правда, в прошлом году, по-моему, было похуже, потому что зима была более суровой, но в целом всё это себя оправдало. Смотрите, рост какой! То же самое с Усть-Лугой происходило. Всё было довольно сложно, но тем не менее проект развивается.

Валерий Соломонович, я хочу и Вам сказать спасибо, и Вашим коллегам. Действительно, Вы много сделали для реализации этого очень важного проекта.

В.С.Израйлит: Спасибо.

В.В.Путин: Пожалуйста.

С.В.Румянцев: Добрый день, Владимир Владимирович.

Я хочу продолжить тему порта и судов. Дело в том, что это взаимосвязано, но перед тем, как задать вопрос, я хотел бы вернуться ещё к вопросу о Пикалёво. Только кратко.

Дело в том, что после пикалёвских событий многие газеты писали, что Путин поехал в деревню по частному вопросу и так далее, а на самом деле получилось следующее: мало того, что заработал весь комплекс в Апатитах, в Пикалёво три завода, в Бокситогорске, Волхове, но ещё заработала федеральная программа по моногородам, а их у нас на Руси около трети от всех городов России. Поэтому я от имени профсоюзов и жителей Пикалёво выражаю Вам публично благодарность за этот вопрос, поскольку, наверное, я думаю, это самый серьёзный пласт в постсоветском пространстве, где люди наиболее тяжело живут, именно в моногородах. И естественно, эта программа, я думаю, будет ещё развиваться, и всё-таки мы поднимем уровень жизни наших граждан России в моногородах. Это я хотел бы сказать вместо предисловия.

А вопрос мой такой. К Санкт-Петербургу: опять между собственниками появляются проблемы. Вы уже немножко сказали об этой проблеме (я имею в виду Балтийский завод), вот эта тема собственников, особенно на крупных заводах, бывших оборонных и так далее, не находит сегодня в законодательстве никакого разрешения. На мой взгляд, может быть, уже стоит вернуться к проекту закона о смене собственников в таких случаях. Эта тема тоже имеет место быть в нашей России.

И второе. На сегодня проблемы, которые возникли на Балтийском заводе, конечно, сегодня сдерживаются профсоюзным комитетом, администрацией завода, региональным отделением партии «Единая Россия» в лице Вадима Тюльпанова и так далее. Но нам бы хотелось, чтобы эта тема не развивалась, а также нашла разрешение. И я от имени трудового коллектива приглашаю Вас посетить Балтийский завод и высказать Вашу точку зрения на такие проблемы, которые возникли на Балтийском заводе, а они могут возникать и дальше. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо.

Я постараюсь сформулировать позицию по Балтийскому заводу. Но хотелось бы закончить тему, которую здесь коллега начал, по поводу Усть-Луги. Две темы Вы подняли – закон о государственно-частном партнёрстве и по выделению земли. Обе темы важные.

Что касается государственно-частного партнёрства (ГЧП, не путать с ГКЧП – совершенно другое дело), то это действительно одна из генеральных линий развития. Мы стараемся использовать это там, где возможно, где обоснованно. Я уже говорил о некоторых примерах, в том числе здесь, на северо-западе. Что касается порта Усть-Луга, то в принципе здесь тоже развивается достаточно успешно эта форма взаимодействия между бизнесом и государством.

Вы сами говорили о том, что примерно в 7 раз частные компании вкладывают больше, чем государство. Мы работаем там через инвестфонд, инвестфонд вложил 1 млрд 900 млн рублей, частные компании – где-то 6,5 млрд, по-моему. И это в рамках только одного проекта – перевалочной базы «Юг-2».

В.С.Израйлит: Да. Это как раз наш проект, который мы реализовывали вместе с инвестфондом. Это очень важный инструмент государственной поддержки таких проектов, когда достаточно большие деньги необходимо вложить в федеральную инфраструктуру.

В.В.Путин: Давайте подумаем. Ещё раз посмотрим, чего там не хватает. Сегодня принципы государственного частного партнёрства изложены в нескольких документах: это и в законе о концессиях, и в законе о работе Банка развития – Внешэкономбанка, в некоторых других документах. Если там действительно не хватает, можно подумать, я готов сформулировать соответствующее поручение Минэкономразвития. Я здесь против ничего не имею.

Но гораздо более сложный процесс развивается при решении вопроса о земле. Это точно. У нас уже принято, правда, решение об изъятии земель в госнуждах. Но если там чего-то не хватает, Вы, пожалуйста, сформулируйте, и соответствующие ведомства поработают. Можем создать и специальную рабочую группу по этому вопросу.

В.С.Израйлит: Было бы здорово, потому что достаточно сложный вопрос.

В.В.Путин: Очень сложный процесс. И, к сожалению, тоже опять мне неприятно об этом говорить, часто сталкиваемся с проблемами злоупотребления и коррупции. Как только узнают, что будет проложена какая-то трасса или ЛЭП, или дорога, или железная дорога (а ведь узнаёт кто? прежде всего чиновники в муниципалитетах и регионах!), сразу же происходит тотальная скупка всей земли, а потом государство должно втридорога эту землю выкупать. Здесь, конечно, нужно подумать на тему о том, как обеспечить интересы общества и государства. Давайте вместе это сделаем.

В.С.Израйлит: Владимир Владимирович, я бы хотел ещё сказать пару слов. Сегодня, выступая с трибуны, Вы сказали о том, что, может быть, мы назовём программу, по которой субсидируем определённые затраты на инфраструктуру при строительстве жилья, «Учительский дом». Мы тоже строим новый город, и может быть, есть смысл посмотреть на механизм государственной поддержки при реализации таких проектов с нуля, потому что это и инженерная, и транспортная инфраструктура, и всё это ляжет на людей, которые там будут работать и жить. Мне кажется, для таких новых проектов – не комплексной, точечной застройки жилых кварталов, а именно, когда строится город с нуля – нужны иные подходы. Это даст импульс развитию.

В.В.Путин: Согласен, давайте подумаем, но и вас прошу тоже. Я сказал, что действительно ваша команда много сделала для реализации этого очень важного для страны проекта, но с инвесторами нужно обращаться бережно, потому что там 1:7. Мы 1,2 млрд вложили, а они уже 6,5, а, может быть, и больше. Общие инвестиции ещё больше. Они все время стонут по поводу того, что им приходится вкладывать в инфраструктуру, куда они как бы и не должны были бы вкладывать – в подъездные пути, в электричество и т.д.

Сейчас Министерство транспорта занимается там каналом. Они уже плачут, крокодиловы слёзы льют по поводу того, что вложили уже деньги в определённые инфраструктурные объекты прибрежной зоны, а работа соответствующих структур наносит им ущерб и т.д. Я прошу повнимательнее к ним отнестись. Поработаем в этом направлении обязательно.

Теперь по поводу Балтийского завода. Конечно, это одно из старейших, уважаемых и перспективных предприятий, и там, к сожалению, есть проблемы. Связаны они с… Как она называется, «Объединенная промышленная компания»? Там, по-моему, по линии «Росатома» идёт работа, атомную электростанцию делают, я упоминал об этом. «Росатом» проплатил вперёд, проавансировал всю работу, 7 млрд с лишним (7,3 млрд рублей) заплатил, завод освоил 5 млрд с небольшим (5,2 млрд, по-моему, 5,3 млрд), а оставшиеся деньги зависли в Межпромбанке, в отношении которого сегодня осуществляется процедура банкротства, и есть основания полагать, что деньги на счете висят, но реально их нет. И это работа для Центрального банка России и для правоохранительных органов. В любом случае, мы будем думать над тем, как обеспечить работу предприятий.

Есть просто проблемы, связанные с тем, что придётся на эту группу накладывать какие-то взыскания, обращать взыскание на их имущество, возвращать. Они достаточно ловко пользуются всякими юридическими уловками, затягивают решение вопросов, но надеюсь, что всё-таки у них хватит здравого смысла, для того чтобы ответить по своим обязательствам и перед Центральным банком, и перед своими предприятиями, с тем чтобы обеспечить нормальную ритмичную работу трудового коллектива. Со своей стороны будем так отслеживать ситуацию, но где надо, будем подключаться.

Что касается Пикалёва, я уже об этом говорил. Кстати, я вам благодарен за эту оценку. Дело ведь и в Пикалёве (это важно), но дело как раз и в том, что удалось как бы подтолкнуть многие другие процессы в смежных производствах и целые программы, но там ещё очень много вопросов. Я думаю, что, наверное, мы можем быть довольны тем, что столкнули этот камень с мёртвой точки, начали двигать, но проблем, подлежащих решению, там ещё очень-очень много. Будем по этому направлению тоже двигаться. Пожалуйста.

А.Р.Мельникова: Если можно, я чуть-чуть на другую тему. С 16 лет, когда я только поступила в институт, я снимаюсь на киностудии «Ленфильм», и снимаюсь с удивительно талантливыми, профессиональными людьми, которые меня окружают. Конечно, и моих коллег, и всех, кто относится к искусству, и всех, кто просто очень любит искусство, очень волнует (и пока мы не понимаем), что происходит со студией. Я знаю, что наши лучшие режиссёры обращались к Вам, написали письмо с просьбой остановить продажу «Ленфильма» – одной из крупных компаний. Скажите, пожалуйста, есть ли какая-то возможность остановить и как-то отстоять «Ленфильм», потому что это история нашего кино? Мы все очень волнуемся и пока не понимаем, что происходит.

В.В.Путин: «Ленфильм» действительно одно из старейших предприятий отрасли, тоже очень уважаемое и с большим опытом, с хорошими традициями. К сожалению, в последние годы работает в убыток, ну если говорить просто об этом как о предприятии. Я не помню, сколько там снято картин. По-моему, за много лет что-то около 10 или 20 картин, но, во всяком случае, работает точно в минус. Производственные мощности деградируют. Мы в прошлом году, по-моему, или в этом году 60 млн рублей выделили на поддержание текущей деятельности, но реально, для того чтобы развивать предприятие, нужно ровно в 10 раз больше. Какая там возникла идея? Не продать его, а объединить с другим профильным предприятием, но это частное предприятие. Предварительно предложение было таким: чтобы сохранить за государством при объединении не менее 25 плюс одна акция, с тем чтобы сохранить профиль деятельности предприятия. Но окончательного решения пока не принято, и я знаю об этом письме. Готов этот напор со стороны заинтересованных структур как бы немножко приостановить и ещё раз вернуться к тому, чтобы посмотреть внимательно на будущее…

А.Р.Мельникова: То есть, существует такая возможность, как мы, например, работаем в бюджетном театре (где, понятно, что мы работаем не для денег, а работаем для души, чтобы там было всё наполнено), а зарабатываем в кино, на телевидении, в рекламе, где-то ещё, то есть какое-то соединение вот той духовности, которая коммерчески в убыток, плюс где-то на стороне, где мы зарабатываем, чтобы иметь возможность для души работать в театре. Это какое-то такое соединение возможно или нет, если какая-то часть той истории «Ленфильма», которая была, останется?

В.В.Путин: Если кто-нибудь понял, что она сказала, объясните.

А.Р.Мельникова: Я к тому, что Вы говорите, что «Ленфильм» работает в убыток, нужна коммерческая структура. Но есть же художественное кино, которое никогда не принесёт денег, но это является историей кино.

В.В.Путин: Но это же производство, это же павильоны, оборудование. Нам тогда нужно понять и принять решение: нужно просто увеличить государственное финансирование и просто вложить туда, в развитие, не 60 млн, а 600 млн, 1 млрд, или совместить с частной компанией и на неё переложить часть расходов.

Я повторю ещё раз: если честно сказать, мне самому жалко. Я вам говорю совершенно откровенно, и нам нужно понять, что там будет происходить. И сегодня балансовая стоимость там 100 млн с лишним, а это земли, которые находятся в центре Петербурга. Там одна земля, наверное, не один миллиард стоит. Поэтому если это и делать (я повторяю ещё раз, что решения пока не принято никакого, готовится указ Президента, всё это находится в стадии подготовки), но если что-то и делать, то, конечно, нужно будет всё предприятие оценивать по рыночной стоимости, то есть не только оценивать балансовую стоимость устаревших павильонов и оборудования, но и рыночную оценку земли давать и т.д.

Повторяю, готов немножко замедлить весь этот процесс, и ещё раз вместе с коллегами, причём мы и с уважаемыми нашими и любимыми миллионами людей…

А.Р.Мельникова: Я же не от себя, я же от них.

В.В.Путин: Я говорю о режиссёрах, которые это письмо писали. Ещё раз подумать, вернуться к этому.

А.Р.Мельникова: Спасибо большое.

Реплика: Хорошее кино надо снимать, и тогда будет всё нормально …

В.В.Путин: Это правда. Но коллега говорила о том, что есть всё-таки фильмы, и я здесь с ней согласен, которые нужны стране и людям, но коммерческими никогда не будут. Это не какой-то слезливый мыльный сериал, которые, как вы знаете, американские компании в своё время начали снимать, – это авторское кино, творческие какие-то вещи. Они вряд ли будут коммерческими, тем не менее, чтобы окупать, надо на этом оборудовании снимать и коммерческие фильмы интересные, которые приносили бы кассовые сборы хорошие. Здесь вы правы тоже.

Здесь министр культуры сидит. Александр Алексеевич, зайдите ко мне тоже на следующей неделе с этими предложениями. Если сказать откровенно, я даже проекта указа пока не видел.

А.А.Авдеев: Владимир Владимирович, этим занимается Росимущество, они приватизируют.

В.В.Путин: Я сегодня разговаривал с министром экономического развития, которому подчиняется Росимущество, здесь, как часто у нас бывает, не хочу никого сейчас обижать, как у нас говорится: Иван кивает на кого-то, а кто-то на Ивана. В общем, они говорят, что этим вы занимаетесь, вы говорите, что они занимаются. Давайте мы вместе это посмотрим.

А.А.Авдеев: Я просто не договорил. Я хочу сказать, что Минкультуры так же, как и Анастасия Мельникова и наши кинематографисты, озабочено ситуацией, потому что будет нанесён серьёзный удар по производству национальных фильмов, если произойдёт худшее на «Ленфильме». Поэтому мы солидаризируемся с позицией наших кинематографистов.

В.В.Путин: Вот как! Я даже и не знал об этом. Хорошо. Но давайте мы на следующей неделе соберёмся у меня и на эту тему поговорим поподробнее. И пригласите, пожалуйста, авторов этого письма.

Реплика: Можно задать вопрос? Сейчас проблема очень большая создалась. Министерство обороны 22 апреля в связи с директивой, подписанной министром обороны, прекратило работу детских оздоровительных лагерей, которые подведомственны Министерству обороны, – 38 лагерей по всей стране. Непосредственно у нас два таких лагеря – это имени Смирнова и «Белоусово».

Причина была надуманная, потому что лагеря были готовы, а нам отвечали, что они не готовы. И с целью предотвращения эпидемии их просто не открыли. У нас проблема в Калининградской области, во-первых, в том, что мы не можем их вывезти, мы далеко. Вторая проблема – обман, и, самое главное, это напряжённость среди населения. Сейчас произошло большое количество увольнений офицеров. У многих офицеров дети школьного возраста. Все, как действующие военнослужащие, так и уволенные, имеют право на 50-процентную оплату путёвки. И мы уже четыре месяца бьёмся над вопросами. Послали запросы везде, уже целый том отработали, а ответ так и не получен, и не решён этот вопрос, хотя хочется сказать, что правительство области, члены партии «Единая Россия» поддерживали нас и поддерживают в этом вопросе. Это первый момент.

Второй момент. На территории области у нас, к большому сожалению, а может быть, и к счастью, живут порядка 8 тыс. ветеранов боевых действий. Я тоже таким являюсь. Вылечится полностью или лечиться нормально у нас нет возможности. Ветераны обратились к Вам, чтобы был как-то решён вопрос о строительстве лечебного санаторно-курортного заведения на территории Калининградской области ближе к морю. Например, есть «Русь» в Подмосковье, но мы туда тоже доехать не можем.

Последний момент. У нас построены два шикарных детских садика в Калининграде, современнейших, с бассейнами, зимними садами и т.д. Но проблема в чём заключается? Там воспитатель с высшим образованием получает 6 тыс. рублей, а мы говорим про семью и т.д. Вот такие три вопроса глобальных.

В.В.Путин: Что касается уровня заработной платы в дошкольных учреждениях, то мы уже неоднократно это обсуждали с руководителями регионов. По мере роста заработной платы учителей в школах, конечно, регионы должны повышать и уровень оплаты труда в дошкольных учреждениях. Очевидный факт. На эту тему будем ещё говорить. Нельзя допускать такой разрыв. Должен вам сказать, что руководители регионов это прекрасно понимают. Я очень рассчитываю на то, что и губернатор Калининградской области нас слышит. Нельзя оставить такую ситуацию, при которой учитель в школе будет получать среднюю зарплату по экономике, а воспитатель в детском саду 6 тыс. Это просто никуда не годится, невозможно.

Что касается оздоровительных учреждений. Я об этом слышу впервые. Обещаю вам, что прямо сегодня с министром обороны переговорю, выясню, что там происходит. Но вот так с голоса мне очень трудно сказать, обоснованный отказ от приёма детей или необоснованный. Они утверждают, как вы сами сейчас сказали, что эти учреждения не были готовы по санитарно-эпидемиологическим требованиям. Это подлежит проверке.

Реплика: Детский оздоровительный лагерь имени Смирнова в центре Светлогорска был готов и было заключение комиссии Санэпиднадзора на 12 мая, что этот лагерь готов к приёму детей.

В.В.Путин: Вы же сами сказали, что Минобороны утверждает, что он не был готов. Давайте мы это проверим, это чисто социальный вопрос, проверим, поработаем, я с министром переговорю сегодня. Дайте, пожалуйста, микрофон губернатору, он хочет что-то сказать.

Н.Н.Цуканов: Владимир Владимирович, этот вопрос уже задавался, министр обороны ответил на него. Они в течение следующего года отремонтируют эти лагеря и запустят их в эксплуатацию для своих, собственно, нужд, потому что у Министерства обороны тоже есть дети. Они считают, что там возможно оздоравливать. Действительно в этом году он был закрыт. Мы обращались к ним, чтобы они открыли, тем не менее мотивация такая была. Мы договорились, что они в следующем году отремонтируют.

В.В.Путин: Мотивация такая, что требует ремонта, да?

Н.Н.Цуканов: Да.

В.В.Путин: Тем не менее, как я вам сказал, я с министром переговорю обязательно сегодня. Прошу Вас.

Т.Задоркина: Добрый день!

В.В.Путин: Калининград нас оккупировал.

Т.Задоркина: У нас активная жизненная позиция, поэтому мы вот так. Меня интересует вот что: у нас сейчас в регионе идёт очень хорошая программа относительно того, что молодым врачам (для привлечения врачей в Калининградскую область) дают или жильё, или землю под строительство. Что делать тем молодым врачам, которые приехали не сейчас, а пять лет назад, например? Планируете ли Вы решить вопрос с нашим жильём, обеспечить всех нуждающихся или также сделать программу, как Вы планируете для учителей, – снизить ставку по кредиту или, возможно, давать нам землю под строительство?

В.В.Путин: Вы знаете, я могу только сказать, и это будет понятно и справедливо: решить все вопросы, которые входят в компетенцию регионального уровня управления с федерального уровня невозможно. Вот когда мы говорим, скажем, об учителях. Я сказал, что там дефицит составляет 22 тыс. человек. Учить некому. Вот реально просто вопиющая проблема. Здесь мы вынуждены вмешаться, чтобы подтолкнуть решение этой проблемы. В этой связи что могу сказать? Конечно, когда мы это обсуждали, эту возможность, а я обсуждал это и в Министерстве финансов, и в Министерстве экономического развития, вот такой вопрос тоже встал. Мне в качестве аргумента сказали: не надо этого делать вообще. А как же с людьми, которые раньше приехали на село и этих подъёмных, скажем, этих возможностей не получили? Этот аргумент вроде правильный. Но если ничего не делать, так мы тогда вообще ничего не сделаем никогда.

Т.Задоркина: Ведь мы тогда уедем. Нас же тоже надо удерживать чем-то. Я предлагаю, почему бы нам не давать, к примеру, землю, и обязать в течение двух лет построить себе жильё самим? Взять кредиты. Ведь мы не просим дать нам всё на тарелочке готовое. Помогите нам. Да, Вы подняли нам зарплаты. Да, у нас сейчас более или менее из-за модернизации хорошие условия труда, но нам нужно помочь ещё и с жильем. Это актуальный вопрос.

Я вот лично готова строиться, но на зарплату 20–25 тыс. в принципе невозможно и купить земельный участок за 600 тыс., например, и построить на нём какой-то дом.

В.В.Путин: Вы правы. Такую программу действительно можно было бы сделать. Можно было бы рассмотреть возможность через агентство, через наше жилищное агентство, или, используя земли, которые находятся в государственных учреждениях, предоставлять их бесплатно. Я уже говорил об этом применительно к педагогам. Регионы могли бы обустраивать их инженерно и передавать вам для застройки. Такую программу можно разработать.

Т.Задоркина: Сделайте, пожалуйста.

В.В.Путин: Подумаем. Пожалуйста.

Ю.П.Исакова: Это вызовет улыбку, но я тоже из Калининградской области. Но мой вопрос лежит в сфере решения Правительства на федеральном уровне. Я родилась и прожила 32 года в Калининградской области. И я верю, что потенциал Калининградской области, туристический потенциал, поистине неисчерпаем. Однако люди предпочитают отдыхать в Паланге и Гданьске, потому что там всё обустроено, а у нас отсутствует инфраструктура.

Я полагаю, что развитие сдерживается ведомственной принадлежностью земель. Западнее от города Светлогорска – земли Минобороны, Куршская коса – это национальный парк. Есть конкретное место, где можно и нужно развивать туризм, –это город Пионерский. Порт Пионерский находится в ведении Росрыболовства. Есть проект, есть инвестор, реальный инвестор, и проект многие знают, это 180 потенциальных судозаходов круизных лайнеров в год и 5 тыс. новых рабочих мест. Однако три года мы стучимся в стенку, в причальную стенку, и вопрос никак не решается. По поручению Правительства дело сдвинулось с места, однако в настоящий момент опять затормозилось. И мы просим у Вас помощи, просим взять проект под Ваш персональный контроль.

В.В.Путин: Ещё раз: в чём проблема-то?

Ю.П.Исакова: Инвестору принадлежат земельные участки, примыкающие к терминалу Пионерский, однако необходимо структурировать государственно-частное партнёрство и предоставить права на гидротехнические сооружения, на причалы.

В.В.Путин: А этот порт принадлежит рыбному ведомству?

Ю.П.Исакова: Да, Росрыболовству.

В.В.Путин: Вы хотите, чтобы он был двойного применения – и для Росрыболовства, и для целей туризма?

Ю.П.Исакова: Да, пассажирский порт, для целей развития туризма в Калининградской области.

В.В.Путин: А технологически это возможно? Там, может быть, ограничения какие-то существуют, или нужно, для того чтобы принимать пассажирские суда, дооборудовать порт или ещё что-то? Я просто не знаю.

Ю.П.Исакова: Да, необходимо произвести полную реконструкцию порта, но инвестор готов это сделать.

В.В.Путин: А! Инвестор готов это сделать?

Ю.П.Исакова: Да, инвестор готов это сделать. Но для того, чтобы это сделать, необходимо структурировать имущественные, инвестиционные правоотношения между инвестором и государством. Но, к сожалению, мы вот три года согласовывали нашу идею с Росрыболовством, были сформулированы технические условия. Сейчас нам нужно сделать последний шаг – структурировать ГЧП. Инвестор есть.

В.В.Путин: Я попрошу, Вы пометьте, пожалуйста, чтобы не забыли мы это. Давайте попробуем помочь. Вообще, в целом туристический потенциал Калининградской области, конечно, колоссальный. Это мягкий климат, особенно, допустим, для людей с определёнными показаниями по здоровью. Это идеальное место для отдыха для всей страны, для всей России. Можно, конечно, и круизные суда принимать, но если инфраструктура будет развиваться, то поток будет очень приличный из российских регионов – это точно. И это могло бы быть прибыльным бизнесом, очень интересным и заманчивым с экономической точки зрения. Там действительно очень много земель ведомственной принадлежности, но, кстати говоря, Минобороны там принадлежит меньше 5%, больше 16% – пограничному ведомству. Это можно всё использовать. Кстати говоря, то, что определённый объём земель принадлежит этим нашим силовым ведомствам, на каком-то этапе сыграло даже положительную роль, потому что сохранены были культурные ценности. Но нужно заниматься этим, и заниматься нужно тоже на уровне регионального руководства, потому что и Куршская коса, Вы знаете наверняка, в некоторых местах уже только 300 м, и Балтийская коса тоже требует особого внимания со стороны природоохранных ведомств. Но ваш конкретный проект давайте мы попробуем реализовать.

Ю.П.Исакова: Большое спасибо.

В.В.Путин: Пожалуйста.

С.А.Агарков: Уважаемый Владимир Владимирович! Я представляю Мурманскую область, и, безусловно, мой вопрос будет касаться проблем Крайнего Севера. Вы в своём выступлении отметили, что одним из безусловных приоритетов государственной политики является газификация регионов. Что касается Мурманской области, то для нас это напрямую увязано с развитием Штокмановского месторождения. Это, можно сказать, среднесрочно-долгосрочная перспектива. Сегодняшняя ситуация в Мурманской области складывается следующим образом: весь объём потребляемых топливно-энергетических ресурсов завозится из других регионов. При этом порядка 80% всей потребляемой тепловой энергии в Мурманской области – это генерация на котельных, которые используют топочный мазут, который также привозится из других регионов.

В связи с этим возникает целый комплекс проблем: это и высокие тарифы для населения, это и тяжёлое финансовое состояние теплоэнергетических предприятий, это и, безусловно, огромная нагрузка на областной бюджет, который вынужден компенсировать межтарифную разницу теплоснабжающим организациям. Это, конечно, и проблемы повышенных энергетических расходов для бизнеса, особенно это касается малого и среднего бизнеса, который заведомо находится в неравных условиях по сравнению с другими субъектами малого и среднего предпринимательства, осуществляющими деятельность в климатически благоприятных регионах.

Самостоятельно эту проблему решить силами региона практически не представляется возможным – и в силу законодательных ограничений, и в силу бюджетных ограничений. В связи с этим возникает вопрос: может быть, настало время и созрела ситуация, когда государственное управление северных территорий призвано комплексно решать вопросы экономического и социального развития? То есть речь идёт об особых режимах государственного управления на территориях Крайнего Севера. Спасибо за ответ.

В.В.Путин: Что касается Мурманска, то (вы это знаете наверняка не хуже, чем я, а, может быть, и лучше, если вы оттуда), Мурманск так строился, изначально строился так, что вся энергетика была завозная. Это не мы с вами придумали, и не мы создавали город таким образом и его энергетическую инфраструктуру. Да, к сожалению, это реальная проблема для Мурманска и для мурманчан.

Я уже говорил в своём выступлении и могу повторить: генерально мы изменить ситуацию сможем с началом освоения Штокмановского месторождения. Вы сами об этом сказали, это вторая половина 2016 года. В IV квартале, надеюсь, уже можно будет оттуда получать газ и начать реальную газификацию и энергетических объектов, и комбыта так называемого, то есть до людей довести. Постепенно. Надо, кстати говоря, чтобы местные власти города Мурманска и самого региона были к этому готовы и заранее синхронизировали свои действия с «Газпромом», чтобы не получилось так, что магистральная труба подойдёт к Мурманску, а потом ещё будут пять лет все заниматься разводкой газа. Нужно, чтобы к этому моменту все было готово. Первое.

Второе. На уровне муниципальных образований нужно переоборудовать тепло- и энергоснабжающие организации, с тем чтобы эффективно использовать имеющиеся ресурсы. И такой техники в мире, да и у нас в стране, достаточно, когда эти предприятия аккумулируют, скажем, за ночь вырабатываемую электро- или тепловую энергию, а днём её равными долями выдают – таким образом, минимизируются расходы. Нужно развивать сетевое хозяйство, безусловно. Это всё есть в планах.

Специально создавать для Мурманска – я не знаю, Мурманск такой эффективный регион, у нас, скажем, Восточная Сибирь, Дальний Восток (там специальная программа развития существует), – но нужно ли делать это для Мурманской области? Там очень большой потенциал развития. Там, к сожалению, я знаю, проблема оттока существует. Но тем не менее все-таки инфраструктура гораздо лучше развита, чем, скажем, на Дальнем Востоке. Какие-то дополнительные инструменты – вот об этом можно подумать. Повторяю, можно будет и осуществить некоторые вещи, но генерально ситуацию мы сможем изменить после ввода Штокмановского месторождения.

Пожалуйста.

М.В.Лагутинская: Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги! Обращаюсь от имени молодых предпринимателей Калининградского региона, которые работают в сфере бизнеса. Я –председатель Калининградского отделения. Меня зовут Мария Лагутинская. Мы в общем-то сталкиваемся с той проблемой, что те ребята, которые работают в янтарной отрасли, несмотря на то что в Калининграде 90% промышленных запасов янтаря, за сырьём ездят в соседнюю Польшу и в Польше покупают наше калининградское сырье. Наш Калининградский янтарный комбинат в прошлом году добыл 340 , продал за 20 млн выручки. При этом соседняя Польша при 25 добычи сделала выручку в янтарной отрасли порядка 250 млн рублей.

Мы подготовили проект развития янтарного кластера. Этот проект основан на создании города мастеров. Будет порядка 5 тыс. рабочих мест создано, порядка 15 тыс. людей будет косвенно задействовано в этом бизнесе. Для того чтобы проект начал реализовываться, нам необходима в общем-то Ваша поддержка по ряду вопросов. Первое – это введение заградительных пошлин на вывоз янтаря-сырца, потому что янтарь сегодня с нулевой пошлиной вывозится за пределы Российской Федерации.

Второе – это освобождение, наоборот, от заградительных пошлин, обнуление процентной ставки по готовым янтарным изделиям, потому что сегодня, когда наши калининградские мастера делают свою продукцию, они даже до Москвы её с большим трудом довозят, часто довозят в общем-то нелегально.

Третий вопрос – это передача Калининградского янтарного комбината в собственность Калининградской области. Для нас, жителей Калининградской области, янтарь – это бренд, это как «Сваровски»: знают во всем мире. Мы хотим, чтобы наш янтарь знали и понимали. И для молодого поколения возможность реализовывать этот проект с кластером на базе янтарного комбината, для нас это прежде всего стимул оставаться на нашей территории, развивать нашу территорию. Я очень сильно надеюсь на Вашу поддержку. Благодарю.

В.В.Путин: То, что вы рассказали, конечно, только с сожалением можно слушать. Это действительно безобразие. 90%! Она сказала: 90% мировых запасов! Действительно, сырьё вывозится, готовые изделия завозятся. Ну просто ни в какие ворота не лезет. Поэтому я с вашими предложениями согласен и обязательно сформулирую поручение Министерству экономического развития по поводу ввозных и вывозных таможенных пошлин и на сырьё, и на готовую продукцию.

Что касается передачи в собственность региона, об этом тоже можно подумать. Можно предложить подумать и предложить такие формы, когда руководство региона будет принимать участие в управлении. Может быть, сразу и не передавать всё. Сначала порядок там нужно навести, но выработать и такую форму, при которой и региональные структуры могли бы принимать участие в управлении предприятием. Это можно, я подумаю над этим.

М.В.Лагутинская: Благодарю.

В.В.Путин: Спасибо.

Е.С.Палкина: Уважаемый Владимир Владимирович! Как жителя Санкт-Петербурга меня глубоко волнует сохранность исторического центра Северной столицы. Как и многие жители нашего города, я люблю в свободное время гулять пешком по центру города, вдоль набережных, восхищаясь красотами и великолепием Санкт-Петербурга. Однако, по моему мнению, облик города в последнее время видоизменяется. Понятно, что многие исторические здания XVIII–XIX веков постройки со временем разрушаются и нуждаются в восстановлении. Но, с другой стороны, очевидно, что некоторые недобросовестные частные инвесторы не всегда соблюдают обязательства по инвестдоговорам и не обеспечивают полное воссоздание первоначального вида фасадов тех домов, на месте которых они возводят свои коммерческие объекты. И меня, честно говоря, очень порадовало, когда я 2 сентября прочитала интервью с нашим новым губернатором Георгием Сергеевичем Полтавченко, в котором он…

В.В.Путин: Он уже губернатор разве?

Е.С.Палкина: Уже его, по-моему, утвердили.

В.В.Путин: Да? Утвердили? Георгий Сергеевич, мы Вас поздравляем искренне и желаем успехов.

Вот Георгий Сергеевич был представителем Президента в Центральном федеральном округе. Для вас это повышение или понижение?

Г.С.Полтавченко: Владимир Владимирович, для меня это радостно.

В.В.Путин: Молодец!

Е.С.Палкина: Так вот меня очень обрадовало, когда Георгий Сергеевич в одном из своих первых интервью сказал, что сохранность именно культурного облика нашего города будет являться одним из приоритетных направлений его работы.

Уважаемый Владимир Владимирович, я хочу попросить Вас поддержать Георгия Сергеевича в этом благом деле на федеральном уровне власти.

В.В.Путин: А что конкретно надо сделать? Он такой здоровый мужик, он и так всё сделает.

Е.С.Палкина: Потому что многие объекты представляют федеральную ценность, и сейчас, насколько мне известно, упразднено на федеральном уровне Росохранкультуры, и до сих пор нет ясности, по моему мнению, с его преемником.

В.В.Путин: Есть Министерство культуры Российской Федерации. Вот министр здесь сидит. Вы можете прокомментировать?

М.В.Лагутинская: Буду очень признательна.

А.А.Авдеев: Владимир Владимирович, Вы сказали правильно. Росохранкультуры раньше, к сожалению, не воспринималась авторитетно ни Прокуратурой, ни губернаторами – может быть, не теми, кто сидит здесь, а другими. И от всех наших представлений, направлявшихся Росохранкультуры по той болезненной теме, о которой так правильно только что было сказано, отмахивались. А сейчас Росохранкультуры вошла составной частью в Минкультуры, и представления будет направлять министр. И если будут отмахиваться, тогда будем просить Вашей помощи.

М.В.Лагутинская: Спасибо.

В.В.Путин: Видите, эти изменения как раз направлены на то, чтобы усилить эту работу, улучшить ситуацию. А в целом, я знаю и уверен, Петербургом гордятся не только петербуржцы – Петербургом гордится вся страна. Это уникальный город, таких в мире больше нет. Есть Рим, есть Париж, есть Венеция, они очаровательны по-своему, а Петербург имеет своё собственное уникальное и неповторимое лицо. И конечно, сделаем всё для того, чтобы сберечь это достояние нашей страны.

Вот уже 20 лет прошло, как исторический центр Петербурга включен в список ЮНЕСКО. И сейчас, я знаю, прежнее руководство Петербурга закончило работу по расширению этой зоны. Проведена большая аналитическая работа. Я думаю, что и новый губернатор, конечно, будет вместе с общественностью города действовать в этом направлении – по сохранению исторического наследия.

М.В.Лагутинская: Владимир Владимирович, могу ли я Вам задать ещё один небольшой вопрос? Он связан с тем, что в настоящее время во всём мире на фоне усиленного внимания к вопросам экологии и охраны окружающей среды меняется стратегия развития автомобилестроения. Так, например, к 2020 году, по мнению многих аналитиков, более 50% всех выпускаемых автомобилей будет оснащено не двигателем внутреннего сгорания, а электроприводом. Это так называемые электромобили, которые экологичны, то есть они не производят выбросов углекислого газа в атмосферу, они бесшумны.

Скажите, пожалуйста, как Вы относитесь к идее создания инфраструктуры для электромобилей в Российской Федерации? Как мне кажется, пилотный проект мог бы стартовать именно в Санкт-Петербурге, потому что к настоящему моменту уже сформирован автомобильный кластер, более того, имеются необходимые энергомощности, и город поддерживает инновации.

Ещё, по моему мнению, инновационные разработки могли бы в том числе быть направлены на то, как аккумулятор электромобиля, который сейчас занимает больше половины его объёма и больше половины стоимости, мог бы стать дешевле и меньше в размерах. Если бы российские учёные раньше своих коллег из других стран сделали такую разработку, запатентовали её, мы могли бы дополнительные поступления обеспечить в бюджет за счёт этих разработок. Спасибо.

В.В.Путин: Это правильно. Вы наверняка слышали о проекте Михаила Прохорова с его «Ё-мобилем». И плохая машина «Ё-мобиль», и хорошая машина тоже «Ё-мобиль» – вот удачное название. Но реально в Италии налажено такое производство, вот сейчас только «Вольво» представила свою новую машину. По-моему, они уже в серию запустили. Вопрос стоимости. Вопрос, как будет эта машина реализовываться на рынке. Вот то, что шведские производители делают, рассчитано на 100 км пути, 8 часов подзарядка.

М.В.Лагутинская: Этого пока недостаточно.

В.В.Путин: Если это пойдёт на рынке, то сами фирмы-производители очень быстро создадут инфраструктуру. Она и примитивная: там 220 вольт, воткнул в розетку и всё, и дело с концом. Это хороший городской вариант машины. Будет развиваться наверняка, но вопрос в стоимости и в конкурентоспособности по сравнению с двигателями внутреннего сгорания. Время нужно. И одна из главных составляющих – это аккумулятор. Но это для нашей промышленности реально непростая задача и не только для автомобилестроения, но и для флота, и для некоторых других отраслей производства. Если бы смогли выйти наши производители на конкурентоспособную продукцию мирового класса, это было бы очень здорово.

М.В.Лагутинская: Спасибо.

В.В.Путин: Пожалуйста.

Реплика: Ольга, Санкт-Петербург. Я представляю общественное движение «Мусора больше нет». Я координатор по Санкт-Петербургу.

В.В.Путин: А куда мусор делся? Сожгли? В Питере, по-моему, предприятия какие-то планируются. Георгий Сергеевич, не помните?

Г.С.Полтавченко: В стадии подготовки именно современные мусороперерабатывающие заводы без сжигания мусора.

В.В.Путин: Вообще, это очень прибыльный бизнес – переработка мусора.

Реплика: При наличии государственной политики – да, безусловно.

В.В.Путин: Ну да.

Реплика: Я представляю общественное движение, и мы как раз считаем, что мусор, в первую очередь, нужно убрать из головы, и, таким образом, он просто не будет уже образовываться. И сеть инициативных групп, которые я представляю, а это группы в 90 городах России, в том числе есть и в Череповце, и в Петербурге, и во Владивостоке… Просто во Владивостоке ребята убирают сопки, а в Петербурге это, например, Пастерское озеро, ну и много других природных объектов. Как правило, мусор, все мы знаем, сконцентрирован почему-то именно там, где весёлые компании, в общем, там всё и остаётся.

Этот год удивительный, потому что в этом году было две всероссийские акции по уборке мусора на природе и собрали они порядка 250 тыс. человек, то есть люди действительно откликнулись, вышли и своими руками поучаствовали в этом событии. Мусор мы стараемся отправлять преимущественно на переработку именно не на мусоросжигательные заводы, которых не так много, и слава Богу, а пластик – непосредственно на пластиковую закупку, стекло – на стеклянную.

В следующем году мы планируем провести (и очень хотим, чтобы Россия участвовала) такую большую, глобальную уборку страны. Сегодня слово «экология» звучало намного чаще других слов, и Ваше вступление было по поводу бочек в Арктике. Мне кажется, что это очень созвучно с этим проектом – действительно убрать страну, и каждый мог бы поучаствовать в этом своими силами, кто как может, то есть кто-то просто выйти, а кто-то организовать какие-то вещи, потому что организатор может не быть волонтёром. Мой вопрос: могли бы Вы лично, Владимир Владимирович, поддержать и поучаствовать в таком прекрасном деле?

В.В.Путин: Как Владимир Ильич Ленин, с бревном буду ходить туда-сюда.

Реплика: С мешком.

В.В.Путин: Мне кажется, что это очень хорошая инициатива. Никита Сергеевич Михалков всё продвигает эту идею. Он так её называет: «уборка страны». Я думаю, что, поскольку, видите, и у Вас такие идеи рождаются, то значит, что действительно это имеет под собой определённые основания. Давайте попробуем. Когда Вы предлагаете эту акцию осуществить?

Реплика: Акция будет в сентябре следующего года. Сейчас уже важно начать подготовку и 17 сентября уже будет первая акция, будет открытие именно, то есть очень серьёзная организационная часть, если это делать действительно в масштабах всей страны и с консолидацией бизнеса, власти, общества, отдельных людей и инициативных групп.

В.В.Путин: Давайте мы договоримся о том, что мы предпримем все необходимые действия, для того чтобы вас поддержать, и сделаем это. Пожалуйста.

И.А.Шитова: Я живу в Мурманской области, в Хибинах. У нас очень привлекательный край для развития туризма, горнолыжного спорта, создания заповедников природных.

В.В.Путин: Катаетесь на лыжах?

И.А.Шитова: Да. Но существует большой ряд экологических проблем: это качество очистки воды, это отходы деятельности предприятий – металлургических и добывающих, это радиоактивные отходы. Всё это, конечно, вредит окружающей среде, нашим жителям, также препятствует развитию туризма, в том числе и международного. Скажите, пожалуйста, какие у Правительства есть планы по решению экологических проблем Мурманской области? Спасибо.

В.В.Путин: Вы затронули очень чувствительную проблему – это радиоактивные отходы. Здесь у нас существует несколько программ. Первая программа – это радиационная безопасность, и есть программа, которая так и называется «Обеспечение радиационной безопасности». И на Мурманскую область, и на Архангельскую область, по-моему, до 2016 года предусмотрено 5 млрд рублей. Это конкретные деньги, которые будут выделяться для обеспечения радиационной безопасности. В соответствии с действующим законодательством предприятия, которые работают с этими материалами, должны за свой счёт решать проблемы по организационной безопасности, а контролирующие органы должны обеспечить выполнение этих требований.

И есть ещё одна программа, которая называется «Утилизация ядерных отходов в сфере оборонной безопасности». На эти цели у нас предусмотрено ещё чуть больше 6 млрд рублей, по-моему, где-то 6,3 млрд в ближайшие два-три года. Но и международные организации тоже готовы принять участие в этой работе. Там мы планируем привлечь ещё где-то порядка 14 млрд рублей. Можете не сомневаться, это точно будет находиться в поле зрения Правительства.

Что касается водоснабжения и т.д., это прежде всего, конечно, дело региональных властей. Если нужно, по линии взаимодействия между федеральным и региональным бюджетом мы готовы эту работу поддержать, направляя соответствующие субсидии, но инициатива должна от них исходить.

И.А.Шитова: Спасибо большое.

В.В.Путин: Спасибо Вам.

Д.Ю.Макаров: У меня, наверное, самый скромный вопрос. Владимир Владимирович, около 50%, половина населения Санкт-Петербурга, проживающая в основном в спальных районах, не охвачена метрополитеном. За 20 лет, которые я работаю машинистом, на метрополитене было открыто не более 10 крупных объектов – это станции и депо. По сравнению с Москвой, в которой, если я не ошибаюсь, каждые полгода открывается по несколько станций, мы в каменном веке по строительству метро.

У меня не вопрос, а даже больше просьба, притом просьба, не совру, всех петербуржцев. Владимир Владимирович, помогите нашему Петербургскому метрополитену государственным софинансированием по части строительства и дальнейшего развития, в идеале – 50 на 50, то есть государство плюс город. Самому городу наш метрополитен очень дорогой (а он, поверьте, дорогой) и самый глубокий, очень старый, его надо ремонтировать, и без Вашей помощи нового нам ничего не построить.

В.В.Путин: Действительно это очень дорогие проекты, а для Петербурга это очень актуально одновременно. Это правда. Всё-таки пятимиллионный город нуждается в развитии метрополитена, и это правда. В соответствии с действующим законодательством, строительство метрополитена – это региональная задача во всех регионах Российской Федерации, тем не менее мы из федерального бюджета, с федерального уровня помогаем почти везде, где ведётся метростроение.

Для Петербурга предусмотрено 15 млрд рублей на развитие транспортной инфраструктуры, из них, по-моему, 12 млрд должно пойти на метростроение. Такими темпами это будет примерно 5 км в год. Конечно, хотелось бы ускорить и расширить метростроение, но это действительно очень затратные проекты, больших денег требуют. Москва получает такую поддержку, но значительную часть ресурсов, конечно, изыскивает из своего собственного бюджета. Конечно, бюджетообеспеченность Москвы выше: там больше налогоплательщиков.

В последние годы мы старались привлечь крупных налогоплательщиков и в Петербург, и объём доходной части бюджета Петербурга значительно увеличился, в том числе и за счёт развития экономики и производства, и за счёт прихода налогоплательщиков. Нужно, чтобы новый губернатор тоже посмотрел на это повнимательнее, правильно определил приоритеты, что важнее для городского хозяйства, а мы со своей стороны посмотрим, что можно сделать дополнительно для Питера. Пожалуйста.

Н.В.Иванова: Владимир Владимирович, Вы в своём выступлении уже говорили о дополнительных средствах на образование, но я хотела бы сделать акцент на сельских школах. Дело в том, что за последние годы около 2 тыс. образовательных учреждений было закрыто – именно сельских. И я, работая в маленькой сельской школе, вижу, что 40% детей приезжают в школу за десятки километров. Есть случаи, когда ребёнок выезжает в школу, ещё нет 7 часов утра, и возвращается домой к 17 часам вечера. О качестве жизни этого маленького гражданина говорить не приходится. Скажите, пожалуйста, процесс закрытия сельских школ будет продолжаться?

В.В.Путин: Вы сказали, 2 тыс. По моим данным, это всё-таки меньше: закрыто 500 с чем-то школ. Правда, львиная доля – 400 с лишним – это в сельской местности. Мы говорили о программах модернизации школьного образования. Нам с вами нужно обеспечить и доступность для детей школьных учреждений, сделать их доступными, и одновременно повысить качество образования, с тем чтобы дети, на селе живущие, получали образование не хуже, чем в городах, и только в этом случае мы сможем обеспечить равные стартовые условия для всех молодых граждан страны.

Как это сделать? Вы наверняка знаете и согласитесь со мной, трудно и труд преподавать, и математику одновременно в малокомплектных школах. И где-то этот процесс объективный и неизбежный, но, я считаю, что там, где можно сохранить школу, там, конечно, нужно это сделать. Вы сказали о том, что дети в 7 часов выезжают в школу, а в 5 вечера возвращаются. Там, где не готова инфраструктура, где нет нормальных и хороших дорог, вовремя не приобрели транспорт, скажем, автобусы, хотя мы даже деньги выделяли на эти цели, там и не надо пока закрывать эти школы. Это первое.

Второе. Я уже говорил об этом, выступая публично тоже в рамках проекта модернизации школьного образования, можно пойти по какому пути? Минимизировать расходы на малокомплектные школы на селе. Каким образом? Сокращать управленческие расходы и включать эти малокомплектные школы с помощью современных обучающих технологий в какой-то крупный образовательный центр, но используя дистанционные способы обучения. Вот по этому пути, мне кажется, нужно идти. Пожалуйста.

Д.Сорокин: Владимир Владимирович! Уважаемые присутствующие! Добрый вечер. Я хоть и не из Калининградского региона, но мой вопрос будет касаться в том числе и Калининградского региона. Владимир Владимирович, Всероссийский народный фронт – это объединение «за». Но есть такие вещи, в отношении которых наша общая позиция должна быть жёстко «против». Я говорю о наркотиках. Наркоугроза – это та беда, которая губит миллионы жизней, и очень сильно подвержена этому молодёжь. Владимир Владимирович, я вижу несколько вариантов борьбы, несколько направлений борьбы. Это прежде всего борьба с наркоторговлей, и она ведётся, хотя, на мой взгляд, нужно ужесточать меры. Это, конечно, развитие лечебных учреждений. Но всё это, наверное, борьба как бы с последствием, а нам нужно акцентировать работу именно по борьбе с недопущением этой ситуации.

Я когда-то, ещё в школьные годы, начал заниматься тэквондо. Я занимался с большим желанием, с упоением. Времени вообще не было ни на что, только занимался и занимался. Учёба и тэквондо. Так вот, я хочу сказать, что я благодарен тому, что у меня в жизни так произошло, потому что мимо меня прошло курение, алкоголь, наркотики тем более. И когда я уже потом сам ушёл из сборной команды Санкт-Петербурга и Ленинградской области, стал тренировать ребят, я убедился в том, что всё это повторяется, то есть те ребята, которые тренировались, точно также были защищены. Когда уже подросли мои ученики… Вот конкретно в Кировском районе Ленинградской области сейчас занимается более 150 ребят в разных городах, потому что выросли ученики, и они стали сами тренировать в разных городах.

Мне кажется, что мы должны акцентировать внимание на этом направлении, больше акцентировать внимания. Но здесь есть ещё большее углубление – просто спорт и спорт высоких достижений не всем доступен. На мой взгляд, нам нужно акцентировать внимание ещё и на массовом и доступном спорте, физической занятости. В частности, дворовый спорт, например, тот же самый. Какие-то кружки по интересам, потому что помните, как было раньше (это же было) – играли в футбол дотемна, где-то на хоккейной коробке. Сейчас не везде это есть. Но на самом деле, на мой взгляд, проблема в том … Вот есть же у нас сейчас много спортивных объектов, которые были построены в том числе и по программе партии «Единая Россия». Да? Надо сейчас сделать акцент на тренерах, на тех людях, на тех энтузиастах, которые готовы вокруг себя собирать молодёжь, которые готовы за собой повести молодёжь. И получается так, что они работают сейчас где-то на работе, причём, может быть, небольшую зарплату получают, и вечером с ребятами где-то там играют в футбол. Так вот нужно таких людей поддержать.

Владимир Владимирович, это такое предложение или, может быть, просьба даже. А вопрос-то, собственно говоря, мой заключается в том, как Вы лично считаете, какие основные шаги для Вас лично, для партии «Единая Россия», Общенародного фронта в борьбе с наркоугрозой?

В.В.Путин: Во-первых, я хочу сказать, что вы подняли очень важную тему, и она важна не только для «Единой России» или для Общероссийского народного фронта, она важна для всех граждан России. Это реальная угроза, с которой столкнулась страна и которую часто называют даже наркоагрессией. Возникло ведь это в связи с чем прежде всего? Я уже говорил об этом. Худо-бедно, хорошо это было или плохо, но границы Советского Союза всё-таки были обеспечены. Когда Союз развалился, внешняя граница бывшего Советского Союза всё-таки в связи с материальными сложностями новых независимых государств охраняется, скажем так, мягко скажем, удовлетворительно, а не на отлично. А у нас границ с этими республиками нет и не было никогда. И всё, ворота распахнулись, а 90% героина в Афганистане производится, понимаете. И хлынул этот поток на нашу территорию. Это сложная проблема, она – многовекторная. Вся страна, всё общество должны с этим бороться вне зависимости от партийной, религиозной и конфессиональной этнической принадлежности, потому что это угроза для каждого гражданина России, для каждого молодого человека. Я с вами полностью согласен по поводу спорта. Я сам занимался (вы мне сейчас это рассказывали), всё то же самое происходило.

Д.Сорокин: Вы сам спортсмен по жизни, это мы видим.

В.В.Путин: У меня то же самое происходило, я никогда не держал сигарету в руках, потому что всё время был занят.

Д.Сорокин: Мы этим должны сейчас заниматься, Владимир Владимирович, вместе.

В.В.Путин: Да, но и спорт высоких достижений нужен хотя бы для того, чтобы пропагандировать здоровый образ жизни. Вы думаете, почему мы привлекаем чемпионат мира по футболу, по хоккею, Олимпийские игры, Универсиаду и другие крупные соревнования? Не просто, чтобы болельщиков порадовать (хотя и это хорошо, развивать привычку к здоровому образу жизни), – мы делаем это для того, чтобы появлялись новые герои, на которых будут ориентироваться молодые люди. Это комплексная вещь. Но, конечно, при этом задача государства… Спорт высоких достижений – это Правительство, Министерство спорта, а массовый спорт – это, конечно, регионы и муниципалитеты, и здесь мы тоже готовы оказывать поддержку по разным каналам.

Д.Сорокин: Может быть, программа какая-то, которая бы поддержала таких энтузиастов?

В.В.Путин: А у нас такая программа есть, и Министерство спорта и туризма такую программу предлагает и вместе с регионами выстраивает сейчас эту работу. В этой связи, конечно, поддержка тренерского состава крайне важна, и будем, конечно, это делать вместе с региональным уровнем управления, но прежде всего опора должна быть на регион.

Д.Сорокин: Спасибо большое, Владимир Владимирович. Тут ещё коллега из Республики Коми очень просит слова, очень давно.

В.В.Путин: Пожалуйста.

А.Куликов: Владимир Владимирович, в первую очередь разрешите выразить огромную благодарность от вдов погибших шахтёров. Только благодаря Вашему личному участию, Вашему вмешательству наконец-то решена проблема их переселения на большую землю, которая тянулась десятилетиями.

В.В.Путин: Слава Богу, я очень рад.

А.Куликов: Действительно низкий поклон Вам передаю от них.

В.В.Путин: Спасибо. Главное, чтобы они устроились хорошо.

А.Куликов: Они постоянно приходят в отделение партии в Воркуте, собираются. Мы с ними сейчас решаем практически уже любые проблемы, потому что толчок от Вас дан. Второй у меня вопрос тоже по переселению, только уже пенсионеров. В одной только Воркуте более 16 тыс. стоит в очереди, но при том финансировании, которое сейчас осуществляется, многие могут даже не дожить до получения квартиры. Хотелось бы акцентировать на этом Ваше внимание и как-то увеличить количество выделяемых средств для переселения шахтеров. Большое спасибо.

В.В.Путин: Хорошо. Но, как вы понимаете, вдовы шахтёров там по количеству несопоставимы с пенсионерами, которые имеют право на переселение и нуждаются в этом. Мы вместе с регионом должны будем посмотреть внимательно ещё раз на эту программу. Может быть, совместными усилиями выработать дополнительные меры, связанные с решением этого вопроса. Он есть, этот вопрос, и эта проблема существует. Мы, конечно, будем его решать. Вопрос – в темпах. Вы правы, мы посмотрим ещё раз на это. Пожалуйста.

В.Супрун: Я – участник социальной сети в интернете «Убитые дороги города Пскова», а также «Народного фронта».

В.В.Путин: Ваши коллеги сейчас ездят по регионам.

В.Супрун: Хотел бы как раз добавить то, что участники нашего движения сейчас двигаются автопробегом от Владивостока до Калининграда. Они сейчас находятся примерно в районе Красноярска. Мы всей областью очень внимательно следим за их действиями, передвижениями и очень переживаем за них.

Уважаемый Владимир Владимирович! Вы поддержали очень важный проект «Северный обход города Пскова». Я думаю, что он успешно будет реализован в Пскове. Но также есть в Псковской области второй город по величине, но первый, наверное, по производственному потенциалу, и на данный момент он разделён на две части железнодорожной линией. Это является очень большой проблемой и мешает жизни нашего города. Хотелось бы попросить Вас также принять участие и в нашем городе Великие Луки и посодействовать продвижению и реализации проекта путепровода, объединяющего наш город в единое целое. Это для нашего города очень важно.

В.В.Путин: Минтранс знает об этом что-нибудь? Вам что-то известно по этой проблеме, занимались когда-то ею?

И.Е.Левитин: Это, видимо, в самом городе железнодорожный переезд.

В.Супрун: Не переезд, у нас и так есть много переездов, не надо нам плодить лишние. Они все на одном уровне идут…

И.Е.Левитин: У вас переезд, а необходимо построить путепровод автомобильный. Я понимаю, о чём идёт речь. Мы с губернатором пообщаемся.

Реплика: Владимир Владимирович, мы хотели бы поблагодарить Вас за поддержку дорожной отрасли в Псковской области. Действительно, по обходу Пскова определённая положительная динамика есть. Мы заказали проект за счёт средств субъекта, и Минтранс нас поддерживает.

По путепроводу в Великих Луках. Действительно, город разорван на две части, и зачастую складывается такая ситуация, что карета скорой помощи или машина пожарной службы не могут добраться до точки вызова.

Проект известен. Министр на эту тему проводил совещание, и достаточно позитивные были результаты. Был протокол, участвовала область, участвовал Минтранс и участвовала РЖД в лице Октябрьской железной дороги. Была достигнута договорённость, что мы за свой счёт разработаем проект, пройдём экспертизу. Это сделано, область потратила 18 млн рублей на это. И Минтранс был готов финансировать, эти деньги были подтверждены. Было три участника. К сожалению, РЖД отказалась от участия в этом проекте, поэтому мы сейчас с Минтрансом отрабатываем, как этот проект реализовать вдвоем.

В.В.Путин: Владимир Иванович, что вы жадничаете? Разделили город, а участвовать не хотите?

В.И.Якунин: Во-первых, мы никогда не соглашались, начнём с этого.

Во-вторых, Владимир Владимирович, по всем нормативным документам строительство автомобильных виадуков не входит, естественно, в программу ОАО «РЖ» Мы для этого просто-напросто не получаем ресурсы, которые могли бы использовать. Именно поэтому Игорь Евгеньевич (И.Е.Левитин) и говорит, что рассматриваются эти вопросы вместе с губернатором.

На самом деле проблема переездов действительно существует. У нас так развивалась железная дорога (175 лет в следующем году), что проблема переездов, особенно при использовании современных транспортных систем, безусловно, существует. К сожалению, пока адекватной реакции мы не получили. Мы предлагали рассмотреть создание целевой программы «Железнодорожные переезды». Пока такая программа в Минэкономразвития поддержки не получила.

Если позволите, небольшой комментарий. Вы в своём выступлении сказали о том, что развитие скоростного сообщения привело к осложнениям, связанным с пригородными перевозками. Владимир Владимирович, я не знаю, кто эту информацию предоставляет в Правительство. Были проблемы с Тверской областью, были проблемы при запуске «Сапсана». Я Вам докладывал: все пригородные поезда, которые существовали, были восстановлены. Сегодня снимаются только те пригородные поезда, которые по решению регионов являются необязательными, потому что регионы сегодня должны финансировать убытки, которые возникают при использовании пригородных перевозок. Других проблем пока нет. Проблема переездов в разных уровнях существует. Спасибо.

В.В.Путин: Ладно. Что касается переездов, то министр транспорта уже сказал, что он вместе с губернатором продолжит рассмотрение этого вопроса, и они будут искать решение. Если от вас там что-то будет зависеть, от ОАО «РЖД», я вас прошу тоже неформально отнестись и поддержать проект.

Что же касается электричек и скоростного движения, то информация о том, что проблемы есть, поступает не от каких-то административных структур, а от граждан. И нужно тогда, чтобы руководители регионов точно и ясно людям объяснили, что проблема возникает не в связи с высокоскоростным поездом, а в связи с решением региональных властей по поводу того, что тот или другой маршрут является экономически нецелесообразным, убыточным или ещё что-то. Но каким бы он ни являлся (а у нас все пригородные перевозки являются пока, к сожалению, убыточными), люди должны передвигаться, ехать к месту работы и назад, поэтому я вас прошу эту проблему не считать решённой, а вместе с губернаторами подумать над тем, как восстановить всё, что было утрачено в ходе реализации этих тоже, безусловно, нужных проектов.

В.И.Якунин: Владимир Владимирович, именно таким образом мы работаем. С большинством губернаторов подписано соответствующее соглашение. И я думаю, что с учётом принятого Правительством решения (во всяком случае мне так об этом говорят) – о выделении 25 млрд для участия в софинансировании убыточности пригородных перевозок – эта проблема и дальше будет разрешаться. А в дальнейшем, я думаю, это будет отдельный доклад, отдельный разговор. Но сейчас я могу Вам сказать, что именно так и работаем.

А что касается участия железной дороги, то обычно мы с регионами договариваемся о том, что всё, что касается предоставления «окон», переноса нашей инфраструктуры, мы всё это делаем за свой счёт. Это наше реальное – не только организационное, но и материальное – участие. Спасибо.

В.В.Путин: Хорошо. Прошу Вас.

О.А.Крылова: Владимир Владимирович, здравствуйте! Хочу рассказать Вам о нашем долгосрочном социальном инвестиционном проекте «Красный чум». Он направлен на медицинское обследование и раннее выявление заболеваний среди наших оленеводов и чум-работниц и их детей. Заодно врачи узкого профиля, которые выезжают в тундру, – зимой и летом в отдалённые населённые пункты – обследуют сельских жителей. Для нас это очень интересный и важный проект. Результаты для нас тоже впечатляющие. Восемь детей было вовремя отправлено с заболеваниями сердца в Московский институт Бакулева, 25 человек – в онкодиспансер в Архангельск. Для нас это значимые цифры, для нас это спасённые жизни.

Мы намерены дальше развивать этот проект, в ближайшие два года инвестируем в него 130 млн рублей, в этом году 3 млн с небольшим и затем в строительство центра. Единственный вопрос – мы не знаем, что будет с этим проектом дальше, с 1 января 2012 года, потому что ведь сейчас обсуждается проект федерального закона «Об охране здоровья граждан», в соответствии с которым планируется оказание первичной медико-санитарной помощи передать с уровня муниципалитетов на уровень исполнительной власти субъекта. То есть в нашем случае что получилось? В результате реформы местного самоуправления был создан Заполярный район. У нас до этого не было районов, и теперь появился один всего. Мы получили медицинские учреждения, стали поднимать их на ноги, всю душу вложили, как говорится, а теперь опять нас этого лишат. Можно ли предусмотреть какой-то гибкий механизм в этом законе либо оставить всё, как есть сейчас?

В.В.Путин: Пожалуйста, дайте микрофон Леониду Михайловичу. Леонид Михайлович как раз тоже высказывал озабоченность подобного рода раньше.

Л.М.Рошаль: Владимир Владимирович, у меня сегодня настроение поднялось, потому что, если посмотреть нашу прессу, вообще мы летим в трын-тарары: ничего в России не делается, никакой перспективы нет. И я получил колоссальное удовольствие вот от этих представителей. Россия живёт очень здорово. Смотрите, какие потрясающие люди, какие программы, как это здорово! Спасибо им!

Затем я, конечно, хотел поблагодарить Вас за то внимание к здравоохранению, которое Вы сегодня проявили. Я не знаю, какая лепта «Народного фронта» в том, что было принято такое решение, но мы с Вами эти вопросы обсуждали. Если какая-то маленькая лепта есть, это замечательно, значит, не зря. Я не отношусь к «Единой России», не зря вступил в «Народный фронт», потому что мы двигаемся вместе, и это очень хорошо.

Конечно, я неоднократно говорил вслух и по телевидению, кругом, что это позор, когда дети не могут получить лечение у нас только потому, что нет денег. И то, что Вы сейчас сказали, это полностью согласуется с тем, о чём мы всё время говорим. В России не должно быть такого позора. Дети должны получить полностью лечение – то, которое они должны получить.

В отношении миллиона это колоссально. Я, правда, думал, что Вы скажете, миллион – это три года отработать, пять лет отработать, но это ладно. Но я позавидовал всё же педагогам. Мне хотелось бы, чтобы такая же программа была сделана и для медиков в отношении получения квартир. Я думаю, что это очень правильно будет и разумно.

Теперь в отношении распределения полномочий. Как Вы помните, это было одним из основных препятствий принятия закона во втором чтении, когда Вы нас поддержали, когда мы к Вам пришли и сказали: Владимир Владимирович, передают, забирают полномочия, а на муниципальном уровне надо создавать только условия. Что такое условия? Цветочки сажать, что делать? Давайте мы серьёзно посмотрим на это дело. И Вы нас поддержали, и сейчас проводится большая работа в этом направлении.

8-го числа мы будем проводить в рамках «Народного фронта» вместе с Думой круглый стол, посвящённый этому вопросу. Это совсем всё непросто. Я только что приехал из Пскова. Там собирались главы муниципальных образований, нескольких городов – 20, по-моему. И я задал вопрос: скажите, пожалуйста, вот в результате принятия этого закона доступность и качество будут лучше или нет? И такого чёткого ответа, что, значит, давайте вперёд и всё будет хорошо, не было.

Надо подумать. Разные муниципальные образования, есть миллионники, есть 500, есть 200. И многие муниципальные говорят: зачем нам? Мы деньги вкладывали, мы строили, мы всё, зачем нам всё это передавать туда, а потом оттуда обратно сюда? Какая-то полная чепуха! Мы 8-го числа постараемся на этот вопрос ответить. Так что я поддерживаю Ваш вопрос. Спасибо.

В.В.Путин: Собственно говоря, Леонид Михайлович уже ответ дал. Этот вопрос изучается. Вообще, в принципе планировалось с 2013 года осуществить эти мероприятия. Изначально авторы этой идеи исходили из того, что очень многие муниципалитеты просто не в состоянии обеспечить качество, и нужно было, как они считали, повысить ответственность регионов за ситуацию в здравоохранении. Но Леонид Михайлович сказал, что в некоторых самодостаточных муниципалитетах многое делается, многое сделано. Надо просто внимательно посмотреть, кому и что передавать, какие полномочия оставить.

О.А.Крылова: Владимир Владимирович, я думаю, только это надо сделать как можно быстрее, потому что сейчас время верстания бюджета.

В.В.Путин: Да-да, согласен.

О.А.Крылова: И мы должны понимать, что будет с нашим проектом «Красный чум».

В.В.Путин: Да, надо как можно быстрее, согласен.

О.А.Крылова: Спасибо.

В.В.Путин: Давайте наверх перейдём.

А.Бибенин: Владимир Владимирович, я приехал из Ненецкого автономного округа, я профессиональный связист. Я понимаю, что время очень дорого, поэтому два предложения на рассмотрение и один вопрос. Связь является полномочием Федерации, поэтому первое предложение.

В.В.Путин: Смотря какая связь.

А.Бибенин: Электросвязь. Прошу предусмотреть возможность совместного исполнения этого полномочия субъектом и Федерацией.

В.В.Путин: Сразу объясните почему.

А.Бибенин: Потому что субъекты, в частности Ненецкий автономный округ, может частично помогать развивать электросвязь на территории, но нет этих полномочий.

В.В.Путин: Хорошо.

А.Бибенин: Второе предложение. У нас практически нет дорог. По действующим нормативам сегодня у нас в каждом удалённом населённом пункте стоял всего один таксофон, поэтому предлагаем мобильную связь в удалённых, труднодоступных пунктах с количеством населения от 100 до 2 тыс. человек отнести к универсальной услуге по закону «О связи».

В.В.Путин: Такой проект развивается, Вы же знаете.

А.Бибенин: Честно говоря, я не знаю этого проекта.

В.В.Путин: Есть, и он уже практически развивается – переход на мобильную связь в отдалённых регионах. Минсвязи делает это.

А.Бибенин: Я первый раз от Вас об этом услышал. Я знаю, что таксофоны, пункты коллективного доступа. И третье – малая авиация. Самолёты Ан-2 у нас сильно изношены. Что в этой связи делается?

В.В.Путин: Полностью согласен. По первому вопросу давайте посмотрим. Действительно, я с вами согласен, я полностью согласен. Если регионы могут делать, хотят делать, но база законодательная не позволяет им участвовать, то нужно поменять. Такое поручение обязательно сформулирую Минсвязи – пусть подумают и предложат вариант решения проблемы. У нас много таких сфер, где регион мог бы и хотел бы подключиться, а законодательная база не позволяет. Не вижу причин, почему нужно сдерживать эти возможности регионов.

Что касается развития мобильной связи, расширения пунктов коллективного пользования, конечно, мы будем идти по этому пути. Вы знаете, как развивается мобильная связь в России. Так быстро, как в России, она не развивается нигде, наверное, в мире. Но ещё наверняка у нас существует много проблем, и нужно связью граждан обеспечивать. Мы обязательно будем двигаться в этом направлении, будем стараться удешевлять эту услугу, развивать сеть и т.д.

Ну, а что касается малой авиации, то здесь мне и сказать нечего, вы уже сами всё сказали. Действительно парк устарел, и Объединенная авиастроительная корпорация должна предложить варианты отечественных летательных аппаратов, которые могли бы заменить уже старую «Аннушку» – Ан-2. Нужно развивать аэродромную сеть для малой авиации. Об этом я говорил во вступительном слове. Мы будем это делать не только в регионах северо-запада, но вообще по северам, на Дальнем Востоке, в Восточной Сибири, по всей стране. У нас, к сожалению, оказалось очень много утрачено в этой сфере, а без малой авиации мы, конечно, не сможем обеспечить нормальные услуги ни в сфере здравоохранения, ни в других сферах, да просто людям тяжело общаться друг с другом, нужно летать через Москву и через Санкт-Петербург. Здесь согласен. Здесь добавить нечего. Надо просто работать. Такие планы есть, будем их реализовывать. Пожалуйста.

В.Н.Варнаев: Я работаю в Новгородском музее-заповеднике уже больше 20 лет и столкнулся с проблемой (не только я, думаю, и учителя сталкиваются, и другие работники музеев, ну вообще все, кто заняты воспитанием, образованием, подобными вещами): у значительной части школьников, студентов падает интерес к истории России,то есть они перестают быть патриотами. Им интересны Скандинавия, Германия, Япония, ну и т.д. Это хорошо. Мы должны знать это всё.

Понимаете, что без патриотизма этот человек или уедет за границу (ну не все имеют возможность, но часть уедет), или останется здесь, но он будет равнодушен. Вот эти все наши проекты, о которых мы говорим, будут плохо развиваться, потому что человек не будет заинтересован в том, что он живёт на этой родной земле и её надо развивать.

И вот у меня такое предложение. Как раз у нас на конференции на секции мы предлагали, Великий Новгород предлагал рассмотреть проект Рюрикова городища – уникальный центр, откуда началась российская государственность, в следующем году будет празднование 1150-летия. Таких пунктов, опорных точек гражданского сознания можно найти несколько на территории России, и, может быть, включить в обязательную программу посещения школьниками и студентами, чтобы они увидели, что это интересно, что это умно, потому что такие проекты (когда человек сам идёт) – это проекты нового, мирового уровня: музейно-туристические комплексы, где человек сам формирует ответ на поставленные вопросы, и это так интересно.

Я Вас приглашаю сразу, когда будет осуществлён этот проект, к нам приехать. И Вы поймёте, что это действительно интересно. И вот этот мальчик, или девочка, или студент, приедут и поймут, что здесь можно жить и этим можно гордиться.

Я не знаю, в рамках какой программы, воспитательной работы или программы по истории, но мне кажется, что эта проблема назрела. У нас, по моему опыту, минимум треть школьников не верят в Россию и не интересуются Россией. Может быть, это какой-то нигилизм, но тем не менее это тенденция, причём серьёзнейшая. Она затрагивает миллионы наших школьников, нашего будущего поколения.

Я понимаю, что это затратно, но, может быть, стоит вложиться в будущее человека, гражданина России. Вот у меня такое предложение. И постановка проблемы. Она ещё не звучала, поэтому я так и рвался к микрофону. Спасибо.

В.В.Путин: Вы знаете, вы работаете в очень важной сфере, и я так понимаю, что вы всю жизнь отдали этой деятельности, и, безусловно, вам бы хотелось, так же как и человеку, который отдаёт всего себя другим сферам деятельности, чтобы государство и общество обращало на эту сферу деятельности больше внимания. Никто не считал, и я не думаю, что треть школьников (кто это может сказать?)…

В.Н.Варнаев: Это массово, поверьте – массово.

В.В.Путин: …не интересуется своей родной историей, своей родной страной. У меня другие ощущения. Я же бывал там у вас, я в Новгороде бывал на этих раскопах и видел, с каким увлечением работают студенты. Всё-таки интерес к собственной стране у нас постоянно возрастает. Но где-то на рубеже 1990-х годов было тяжело: кровавая бойня на Кавказе, постоянные какие-то проблемы в экономике, развал социальной сферы. Всё-таки за последние годы чувство патриотического самосознания у подавляющего большинства граждан страны изменилось – изменилось к лучшему. Это не значит, что мы должны всё пустить на самотёк и не заниматься патриотическим воспитанием. Я понимаю, чего вы хотели, и я с вами в целом согласен.

В.Н.Варнаев: Знаете, я, извините, прерву. Ведь во многих странах той же Европы в программах школьников есть посещение вот таких значимых центров, а у нас такой программы нет и пока, я знаю, не планируется. Почему мы должны меньше себя уважать (нашу страну, нашу историю), чем Норвегия, Германия, Италия, другие страны? Там эти программы есть.

В.В.Путин: И ещё более агрессивно ведут себя власти в Соединенных Штатах: там насаждается и навязывается, и в целом это хорошая практика. Что касается вашего предложения, то его можно и нужно было бы реализовать. Во-первых, я считаю, что вы правильно поставили вопрос. Может быть, так полемически заострили.

В.Н.Варнаев: Я проблему поставил.

В.В.Путин: Но проблема поставлена правильно: и государство, и общество должны заботиться о патриотическом воспитании своих граждан, особенно молодых людей. Безусловно, так. И вот вашу идею можно было бы реализовать в рамках программы развития внутреннего туризма. Мы такую программу уже приняли, она, собственно говоря, направлена на реализацию ваших предложений.

В.Н.Варнаев: А там есть обязательства…

В.В.Путин: Рюриково городище? Не знаю.

В.Н.Варнаев: Нет, не Рюриково городище, я говорю вообще для всех. Я понимаю, например, что жителям Сибири трудно посетить Рюриково городище в Великом Новгороде. Может быть, там найти, Тобольск, условно говоря? Вот такие опорные точки…

В.В.Путин: Да-да.

В.Н.Варнаев: …где гражданское сознание какое-то будет.

В.В.Путин: Именно это и имеется в виду. И объект культурного значения, исторического значения, и природные объекты, там это всё имеется в виду. Ваше предложение можно было бы реализовать в рамках этой программы. Я обязательно не только подумаю, но и попрошу коллег это сделать.

В.Н.Варнаев: Спасибо.

В.В.Путин: Пожалуйста.

А.Харин: Добрый день, Владимир Владимирович! Кстати, предыдущему выступающему хотел бы не то, чтобы возразить, а поддержать Вашу точку зрения, что на самом деле положение в отношении к нашей молодёжи в нашей стране, России, меняется. И в данном случае я, как член «Молодой гвардии Единой России», участвую в этом процессе. В Вологодской области, в частности, при поддержке губернатора проводятся такие форумы, как «Команда 21С». Это аналог «Селигера», на котором видно, что молодёжь интересуется собственным родным краем и пытается участвовать в полной мере в его жизни.

Перейду собственно к вопросу. Он короткий, но я считаю, что он достаточно важный с практической точки зрения. У нас в стране сейчас достаточно серьёзные средства выделяются на поддержку молодых семей в плане рождения детей, второго и последующего. Это материнский капитал, который выделяется на уровне федеральных и региональных средств. Есть ряд направлений, куда можно его израсходовать, – это образование и жильё.

В.В.Путин: И пенсии …

А.Харин: Да, и пенсии. Как Вы считаете, возможно ли рассмотреть такую возможность потратить, например, материнский капитал на приобретение автомобиля, потому что автомобиль в бытовом плане очень облегчает эти все заботы? Особенно это характерно для сельской местности, где часто бывает плохо организован маршрутный транспорт, и доступность школ и больниц достаточно затруднена. Возможно ли это? Спасибо.

В.В.Путин: Все в наших руках. И фракция «Единой России» в Госдуме представлена солидно, имеет там контрольный пакет, мягко говоря, конституционное большинство и может принять такое решение. Вопрос в обеспечении интересов детей и женщин. Вы знаете, можно потратить на машину, можно потратить на путёвку, ещё куда-нибудь. Я просто боюсь, что просто деньги будут разбазарены и всё.

Купить машину – это сегодня купили, а завтра продали, послезавтра разбили или ещё что-нибудь в этом роде и всё. Есть движимое, а есть недвижимое имущество. Жильё относится к базовым, фундаментальным ценностям, для того чтобы ребёнка растить, воспитывать его. Или образование – это тоже очень важно.

Мы расширили возможности использования материнского капитала. Скажем, разрешили не просто приобретать квартиру либо добавлять деньги для приобретения квартиры, но и возводить собственное жильё собственными силами, используя материнский капитал. На машину? Знаете, у меня просто чувство тревоги есть, что не останется этих денег быстро. Не жалко, просто опасность такая существует, хотя все мы можем пообсуждать, только очень аккуратно. Деньги большие для государства, для многих граждан это существенная прибавка к бюджету для решения фундаментальных задач семьи. Давайте не будем спешить, хорошо? Пожалуйста. И будем завершать, ладно?

А.Лихацкий: Спасибо большое за предоставленную возможность задать вопрос. Я директор благотворительного фонда «Содействие развитию паллиативной хосписной медицины». Мне буквально сегодня позвонил человек, больной раком крови, Андрей Жуков его зовут. Понимаете, дело в том, что у нас существует большая проблема с донорством. Если необходима пересадка костного мозга, донором может быть кто-то из близких родственников, но если близкий родственник не подходит, то приходится искать донора за рубежом, в Германии, а это огромные деньги. Он говорит, 15 тыс. Можно, конечно, деньги дать, но это не выход.

Вопрос стоит в создании своего банка доноров. Может быть, какую-то юридическую базу создать необходимо для этого всего. Что для этого нужно? Просто есть действительно реальная необходимость в этом. Много людей, россиян, страдает, умирает.

В.В.Путин: То есть, вопрос в создании банка данных?

А.Лихацкий: Банка доноров костного мозга.

В.В.Путин: Банка данных доноров?

А.Лихацкий: Да, банка данных доноров в России.

В.В.Путин: А что мешает это сделать? Есть какие-то юридические ограничения?

А.Лихацкий: Этого пока нет у нас.

В.В.Путин: У нас кто-нибудь есть из Минздравсоцразвития? Сейчас коллега прокомментирует.

Реплика: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемый Алексей Леонидович! Такой банк данных в настоящее время создаётся. Он будет локализован на нескольких площадках в Российской Федерации и объединен информационной базой в единую структуру. Более того, проведены переговоры со Всемирной организацией здравоохранения. Мы планируем в ближайшее время войти в международную базу данных. Для этого нам в эту базу нужно ввести 5 тыс. своих образцов, и мы будем иметь доступ ко всей сети фенотипических кодов под все, соответственно, образцы. Поэтому мы в ближайшее время будем готовы отчитаться уже по этому вопросу.

А.Лихацкий: Огромное спасибо. Своевременно.

В.В.Путин: Я прошу прощения. Всё-таки вы назвали конкретного человека и сказали, что это не решает, – для него эти деньги не решают проблему. Давайте поможем ему. Пожалуйста.

В.В.Некрасов: Сегодня, обсуждая вопросы, связанные с развитием нашего северо-запада, не был поднят вопрос по поводу взаимоотношений бизнеса, монополий и власти – муниципальной и региональной. В частности, хочу остановиться на ситуации, которая происходит по электроэнергетике. На мой взгляд, на сегодняшний день, если мы не изменим закон по электроэнергетике, мы не сможем нормально развиваться, потому что это очень серьёзный фактор в развитии экономического потенциала нашего региона.

В.В.Путин: Что там нужно изменить?

В.В.Некрасов: На сегодня особенно плохие отношения между этой структурой, монополией и малым и средним бизнесом. В частности, это продолжение авансовых платежей, это ситуация по фактически саботажу оплаты присоединенной мощности в рассрочку, это вопросы, когда электроэнергетика переходила на нерегулируемые тарифы, мы оказались в ситуации намного завышенного роста тарифов, чем декларировалось. И очень важный момент, что сегодня фактически не соблюдается закон по защите прав потребителей. Мы сегодня покупаем электроэнергию, не зная, какая её цена на текущий момент. Мы узнаём это только тогда, когда поступает счёт-фактура – через месяц. Это крайне неправильная ситуация, которая происходит во взаимоотношениях, и прежде всего, конечно, это касается субъектов малого и среднего предпринимательства, потому что они не могут противостоять крупным энергетическим компаниям в данном вопросе.

Поэтому, Владимир Владимирович, у меня личная просьба от бизнеса, потому что это крайне влияет и на наши муниципальные предприятия, помогите, пожалуйста, всё-таки при формировании новых поправок в этот закон, потому что нам это крайне необходимо, мы не сможем развивать малый и средний бизнес в этой ситуации.

В.В.Путин: Вы знаете, по поводу тех решений, которые приняты для того, чтобы уровнять крупных потребителей и малых потребителей, чтобы у них не было излишних затрат при потреблении небольшого объёма электроэнергии… Вы считаете, что этого недостаточно?

В.В.Некрасов: Ни в коем случае этого недостаточно. Сегодня электрические компании могут приобрести ресурс, условно говоря, кредитуются на кассовые разрывы, допустим, под 8% годовых. Малый и средний бизнес сегодня кредитуется под 15–20% годовых. А мы фактически как муниципалитеты, которые поддерживают малый и средний бизнес, понимаем, что малому бизнесу очень трудно кредитовать эти крупные энергетические компании. И поэтому это очень важный момент, очень важный …

В.В.Путин: Вопрос связан с требованием предоплаты?

В.В.Некрасов: В том числе.

В.В.Путин: Вы можете сформулировать эти предложения?

В.В.Некрасов: Конечно. Я представляю в том числе общественную организацию «Деловая Россия». И от нас поступали, и мы готовы предложить, и руководство наше здесь, предложения по данному поводу.

В.В.Путин: Борису Юрьевичу, дайте микрофон, пожалуйста.

Б.Ю.Титов: У нас сейчас идёт постоянный диалог с Министерством энергетики. Часть наших предложений была учтена. О том, что вы говорите – тарификация для малого бизнеса помогла. Сегодня тарифы выровнялись. Но с другой стороны, конечно, очень сильно повлиял тот спонтанный рост тарифов, который произошёл в I квартале этого года, был нивелирован. Мы можем сказать, что сейчас где-то 15% по году. И сегодня это очень большие достижения. Но с другой стороны, это было благодаря Вам как руководителю Правительства, потому что это было больше в ручном режиме – остановка роста тарифов. Конечно, мы должны сделать законодательную основу, для того чтобы тарифы устанавливались по-другому. И пока в этом смысле многое не сделано, то есть в общем рост тарифов может продолжаться.

В.В.Путин: У нас из Министерства энергетики есть кто-нибудь здесь? Пожалуйста. Дайте микрофон.

Реплика: Владимир Владимирович, у нас постоянный диалог идёт, в том числе с Борисом Юрьевичем мы постоянно встречаемся по этому поводу, и все такие вопросы обсуждаем, рассматриваем. Если какие-то конкретные темы есть, как прозвучало сейчас у предпринимателя из Кировска, готовы рассмотреть дополнительно этот вопрос. Многие решения уже приняты, и я докладывал, в том числе на совещаниях, которые Вы проводили по этому поводу. В частности, речь идёт о технологическом присоединении, о других вопросах, которые были решены. И для информации: сегодня в Государственной Думе находится пакет изменений в базовый закон по электроэнергетике, он готовится ко второму чтению. Второе чтение намечено как раз на осеннюю сессию. Я думаю, что если есть какие-то вещи, которые ещё недорешены, мы можем внести в те изменения, которые готовятся к закону об электроэнергетике.

В.В.Путин: Вот мы с вами говорили, и я уже сейчас упоминал о том, что малые и средние предприятия, которые немного потребляют электроэнергии… Оплата ими услуг или этого товара не должна быть выше, чем у крупных потребителей. Для тех, кто не в материале, не в теме, могу сказать, что крупные потребители платят дешевле, чем малые. До сих пор всегда было так, потому что малые всегда как бы более затратные.

Мы уравняли и крупных потребителей, и средних – теперь они платят одинаково. Но коллега считает, что этого недостаточно, и знаете, что меня настораживает в том, что он сказал? Мы же договаривались о том, чтобы при подключении энергетические компании не закладывали в тариф свои инвестиционные составляющие. Я так понимаю, что на практике этого не получается. Правильно? Я вас прошу обратить на это внимание, а вас попрошу сформулировать (вот Борису Юрьевичу отдайте) дополнительные требования, которые вы хотели бы предъявить к этому закону. Поезд ещё не ушел. Во втором чтении там рассматривается. Давайте попробуем это сформулировать должным образом. Спасибо. Я понимаю, что вопросов очень много, и все важные, но надо заканчивать. Пожалуйста, давайте подводить черту.

П.В.Поташев: Я сначала расстроился, думал, слово не дойдёт.

В.В.Путин: Профсоюзы говорят, надо заканчивать, потому что мы нарушаем Трудовой кодекс.

П.В.Поташев: Потом понял, что завершать – лучше всего, потому что ведущие актёры страны хотят заканчивать концерт: лучше запоминается. У меня одно предложение и один вопрос. Восемь лет назад, выступая перед налоговыми органами, Вы сказали: десятки тысяч законы придумывают, а миллионы ищут, как их обойти. На прошлой неделе Вы эту фразу повторили. Видимо, за эти восемь лет в законотворчестве особо ничего не изменилось?

В.В.Путин: Это не законотворчество. Это просто настрой в любом государстве, в любой экономике.

П.В.Поташев: У меня предложение. Очень часто общественные институты привлекаются к общественным экспертизам законов после того, как они вывешены на сайте. Закон о рыболовстве – сегодня вывешена уже третья редакция. Может быть, нужно приглашать общественные институты к экспертизе на фазе разработки законопроектов?

В.В.Путин: Правильно.

П.В.Поташев: Тогда меньше будет головных болей потом.

В.В.Путин: Правильно. Принимается ваше предложение. Абсолютно правильное.

П.В.Поташев: Спасибо. И у меня просьба. Я дважды Вам писал письма, получал ответы из Минфина, чиновника нижнего уровня, из Минэкономразвития, тоже из департамента регулирования. У меня есть интересное предложение, которое я хотел бы Вам написать, и я хотел бы получить от Вас заверение, что Вы его лично прочитаете.

В.В.Путин: А зачем писать? Чего вы всё пишете, скажите прямо, что надо.

П.В.Поташев: Хорошо. Мое предложение трёхминутное, но я его ужму. Предложение заключается в проведении чемпионата мира.

В.В.Путин: Какого?

П.В.Поташев: 2018 года.

В.В.Путин: По какому виду спорта?

П.В.Поташев: По футболу.

В.В.Путин: Хорошо.

П.В.Поташев: «ЧМ-2018» называется. Я внёс это в программу «Народного фронта», но, видимо, у Фёдорова (Н.В.Фёдоров) работы очень много, и оно, боюсь, в программу не войдёт, поэтому есть шанс озвучить. Я предлагаю выпустить облигации госзайма «ЧМ–2018» номиналом 1 тыс. рублей, 3 тыс., 5 тыс., 10 тыс. и 15 тыс. и допустить номинантов, владельцев этих облигаций, к розыгрышу 20% билетов на одну восьмую финала, четверть финала, полуфинал и финал, а деньги, которые саккумулируются, – направить на формирование главного стадиона страны, на котором будет проходить финал чемпионата мира. Деньги будут большие собраны, у народа денег много. Я думаю, что болельщики поддержат, «Единую Россию» поддержат и будут голосовать два срока, потому что будут бояться свои деньги потерять. А чемпионат пройдёт, потом эти деньги можно будет вернуть, уже выкупив под 6% годовых, на депозитах размещать.

И последнее. Вот эти билеты, которые будут выкупаться в розыгрыше, должны оплачиваться из дивидендов, которые в тот момент набегут. Я думаю, что эта идея интересная, но чиновник Минфина мне ответил: ваше предложение неинтересно, денег у государства много, и чемпионат мы проведём без вас. А я хотел бы сказать, что, когда чемпионат мира пройдёт, медали и ордена получат руководители госкорпораций, крупные олигархи и чиновники, а я хотел бы, чтобы проект «Чемпионат мира-2018» был народным проектом. Спасибо большое.

В.В.Путин: Спасибо. Павел Валентинович, это странно, что вам чиновники Минфина сказали, что денег достаточно, потому что, когда я с ними начинаю разговаривать: нужно там повысить, здесь, проект какой-то, то они говорят: денег нет. У них всегда нет денег, а вам говорят, что «куры не клюют». У нас замминистра финансов есть, и это, по сути, лотерея, то, что вы предлагаете, за лотерею как раз Минфин и отвечает. Антон Германович, пожалуйста, прокомментируйте это предложение.

А.Г.Силуанов: Да, Владимир Владимирович, действительно тут две темы подняли. Первое – строительство стадиона. И второе – это выпуск олимпийской лотереи. Я думаю, что по вопросу строительства стадиона мы определились о том, что мы вместе с регионами, которые будут принимать чемпионат мира, будем этими вопросами заниматься. А что касается лотереи и розыгрыша…

В.В.Путин: Я прошу прощения, извините. По-честному, это как бы надёжнее, и соответствующие структуры ФИФА, конечно, исходят из того, что мы на государственном уровне (на федеральном и региональном) эти вопросы урегулируем. У нас огромная стройка должна быть. Если мы будем перекладывать на лотерею, то, конечно, они там задрожат. Но как дополнительный источник – почему нет?

А.Г.Силуанов: Возможно, да. Если нам будет не хватать средств, мы действительно можем выйти на рынок, выпустить займы. Но второй вопрос – это вопрос уже розыгрыша билетов. Проведение лотереи – это отдельная тема, и можно подумать, как действительно оптимальнее распределить…

П.В.Поташев: Вы скажите чиновникам, кому это написать. Я им мысли изложу, потому что вы уходите в сторону от моей идеи, в корне. Идея другая. Кому написать письмо?

В.В.Путин: Что вы всё «писать да писать». Вы писатель какой-то.

П.В.Поташев: Потому что замылят тему.

В.В.Путин: Вот это могут, правда. Но если вы думаете, что вы напишите и никто не замылит, то ошибаетесь.

П.В.Поташев: А если я напишу Путину и Путин визу «Разобраться, разрешить вопрос», то это точно дойдёт.

В.В.Путин: Это вариант. Но у меня другое предложение. Вот Антон Германович – исправный работник и хороший специалист. Вы же в одном зале находитесь. Мы сейчас закончим, он сразу не уйдёт, подойдите к нему и изложите. Я уже говорю на полном серьёзе, без всякой иронии. Почему нет? Поговорите. Может быть, там действительно есть рациональные зерна, которые можно и нужно использовать. А то, что вы думаете над этим и предлагаете даже смягчить как бы нагрузку на бюджет при подготовке таких крупных мероприятий, за одно это вам большое спасибо.

А первая часть вопроса у Вас тоже очень важная. Мы в рамках Общероссийского народного фронта и пытаемся сейчас внедрить вот эту практику предварительного обсуждения важных социальных законопроектов, которые требуют широкого обсуждения общественности. Очень правильное, хорошее предложение. Пожалуйста.

В.Рыбаченко: Буду говорить о реках Кольского полуострова. Сегодня на сайте был вывешен новый законопроект о рыболовстве, и там, мне кажется, уже теперь бросаются немножко в другую крайность. Сначала было всё платное, теперь всё бесплатное. Скажем, такая рыба, как атлантический лосось, она требует защиты, и защиты дорогостоящей. Сейчас, скажем, те лагеря, которые есть на реке Поной, Харловка, Рында, Варзино… Именно владельцы этих лагерей обеспечивают защиту этой уникальной рыбы, ведь, по сути, такие популяции атлантического лосося остались только у нас. Скажем, Норвегия, Финляндия, большей частью Англия убили свою атлантическую семгу. Скажем, в Норвегии, Финляндии только разрешили коренному населению ловить эту рыбу, и, при том что это население очень законопослушное, рыбы нет. Скажем, река Кола, великая река, одна из самых населённых семгой. Всего лишь два года есть свободный доступ. Скажем, такой знаменитый рыболовный участок на этой реке уже обезрыблен, а общий цикл такой рыбы – четыре года, и практика показывает (реки Умба, Чаваньга, Чапама), что за четыре года река убивается. Мне кажется, что особо ценные рыбы, такие как атлантический лосось, осетровые, требуют особого подхода.

В.В.Путин: Удочкой там ничего не убьёшь. Если речь идёт о коммерческой ловле сетями, да ещё с малой ячеей, то, конечно, это можно: если поставить перед собой такую задачу, можно всё уничтожить. Японцы всё уничтожили вокруг себя, и крабов – восстановлению, по-моему, не подлежит. Речь ведь идёт о ловле на удочку. И здесь, мне кажется, не нужно людей ограничивать и деньги с них драть.

Но то, что вывесили на сайте, – это же не закон, это законопроект. И если вы видите, что есть какие-то положения этого проекта, которые требуют дополнительной доработки, почему нет? Это же и вывешено на сайт для того, чтобы обсуждать. Давайте подумаем.

В.Рыбаченко: Мы приняли активное участие в голосовании, когда ещё был второй вариант законопроекта. Но хочу сказать, что атлантического лосося можно убить четырьмя удочками.

В.В.Путин: Если только это электроудочки. Ну что, на удочку можно выловить всего лосося, что ли?

В.Рыбаченко: Да. Он заходит по 10–12 штук в день. По два рыбака на каждом берегу – и его убьют.

В.В.Путин: Вы какой-то сказочник, честное слово.

В.Рыбаченко: Нет.

В.В.Путин: Ну правда, я даже не могу себе представить. Я не был в таких местах, которые являются наиболее популярными, но там, где я был, если лосось заходит, так его там кишит.

В.Рыбаченко: Нет, это дальневосточный лосось, который проходит один раз и потом погибает после нереста.

В.В.Путин: Вы знаете, мне трудно сейчас сказать, но я ещё раз хочу повторить: то, что вывешено на сайте, – это проект. Если вы видите, что там есть какие-то огрехи и есть какие-то потенциальные угрозы, давайте это обсудим. Я вам это обещаю и соответствующим структурам Правительства обязательно скажу об этом и обращу на это их внимание.

В.Рыбаченко: Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо Вам.

Уважаемые друзья! Нам нужно заканчивать. Знаете, что я хотел бы в завершение сказать? Что Россия – огромная, мощная держава. Но то, что есть на северо-западе России, – это уникальный потенциал. Прежде всего это высокий образовательный уровень населения этого региона, огромный научно-производственный кластер, такой, которого и в других регионах нет. И наша с вами задача заключается в том, чтобы эффективно это всё использовать на благо наших граждан, наших людей. Если будем консолидировано работать, выбирать правильно приоритеты и основные инструменты достижения целей, нас, безусловно, ждёт успех. Большое вам спасибо!